Ах, как все-таки заманчиво было избавиться от Игоря, так отравлявшего мне жизнь в последнее время…

- Хорошо, - решилась я. – Я согласна.

- Вот и чудненько! – госпожа Датритти даже в ладоши захлопала. – Уверяю, ты об этом не пожалеешь!

А уж как я на это надеялась…

Из одежды мне выдали простое серое платье и неудобные туфли на плоской подошве. Походило на униформу прислуги, что, впрочем, так и оказалось. Но как мне объяснила Датритти, это, чтобы я не привлекала к себе ненужного внимания.

Завтрак прямо в комнату принесла пожилая служанка. Тяжелый поднос немного трясся в ее руках, из-за чего фарфоровый чайничек чуть не соскользнул на пол. Я едва успела его подхватить. Благо, как раз рядом была. Поставила чайник на стол у кровати, тут же следом забрала у обомлевшей служанки поднос с блюдами.

- Что? – не поняла я молчаливого ступора окружающих. Госпожа Датритти смотрела на меня с удивлением и явным недовольством, а пожилая служанка, кажется, и оторопела, и перепугалась одновременно.

- Вон отсюда, старуха криворукая, - презрительно приказала ей госпожа.

- Слушайте, вы чего так грубо? – нахмурилась я.

И без того зашуганная служанка бросила на меня очередной ошарашенный взгляд и, беспрестанно кланяясь своей госпоже, попятилась к выходу. Едва за ней закрылась дверь, Датритти снизошла до ответа мне:

- Это же просто служанка, - довольно холодно пояснила она. – Притом, нерасторопная и неуклюжая. Я обращаюсь со слугами именно так, как они того заслуживают. Тем более это уклад нашего мира, и не нам его оспаривать. Но давай не будем об этом, - она снова заулыбалась. – Завтракай, а потом я тебя познакомлю с моей дочерью.

Я не стала вступать с ней в философский спор, что слуги тоже люди. Пока не стала. Все-таки маленькие бутербродики на блюде выглядели очень соблазнительно, и не хотелось портить аппетит препирательствами. А после завтрака я подобрела окончательно. Правда, не факт, что надолго. Ну а пока Датритти повела меня к своей дочери.

Похоже, это был или маленький замок, или очень большой особняк. И все бы ничего, но роскошь обстановки добивало засилье розового цвета вокруг.

- Любите розовый цвет? – не удержалась я, пока мы шли по коридору.

- Это не розовый, - госпожа Датритти даже поморщилась, мол, как стыдно не различать, - это светло-ало-лавандовый. Между прочим, любимый цвет моей дочери.

- Мне уже не терпится с ней познакомиться. Думаю, весьма неординарная и разносторонняя личность.

- Еще бы, - она явно не уловила легкого сарказма в моем голосе, - Зафини вся в меня.

- Ни мгновения в этом не сомневаюсь.