В школе все шло по накатанной — половину урока изображаю старательно задрота, потом за десять минут делаю все, что очередной учитель напридумывал, затем до звонка медитирую с наглой рожей. Перемену объявили — с остальными сдаю бумажки и готовлюсь к следующему уроку. Сначала на меня косились, но вроде уже привыкли. На любой вопрос я “включаюсь” моментально, отвечаю. Значит — не сплю, а чем-то своим важным занят. Судя по тому, что переделывать сданное не заставляют, лажаю не очень сильно. Да и пока по старым темам пробегаем, нового не так много.

Удивила только Мияко Танака, наша поп-дива. Подошла, извинилась и спросила:

— А в группу на физкультуре ты еще школьников набираешь?

— Да, всех берем. Просто там нагрузка большая. Для того, чтобы какие-нибудь приемы изучать, надо сначала хотя бы минимально подкачаться. Прыгать, отжиматься, пресс качать. Оно тебе надо?

— Мне интересно, да... Я дома спросила, про твою лицензию рассказала. Мне разрешили.

— Ну, я не против. Правила простые — делать, что я скажу и не пыхтеть обиженно, если на татами больно уложили. Сменную одежду можно не брать, дзюдоги у нас есть. Вторник и четверг, во время физкультуры и еще полчаса позже. Тогда сэмпай Накамура подтягивается. У него с борьбой намного лучше получается тренировать.

— А у тебя?

— А у меня очень важная и сложная работа. Я ору на провинившихся.

Ладно, значит, у меня теперь пятеро учеников. Может, еще кто прибьется. Все же занимаемся мы на глазах у трех классов одновременно, в углу спортзала. Никакого криминала. И никакой дедовщины, чем зачастую “славятся” местные додзе. В ситуации, где задавленные бесконечным прессингом школьники срываются на более слабых и буллинг на всех углах махровым цветом — я получаюсь няшка. Палкой по спине не бью, ошибки разбираю и заставляю их исправить, даже если повторять приходится раз по десять. У меня задача не свое эго выпячивать, а народу жизнь в будущем хоть немножко облегчить. И, самое главное, никакого принуждения. Не понравилось — свободен. Значит, не твое. Физрук будет рад нагрузить согласно составленных планов.

Когда домой ехали с опекуном в обед пересечься, на телефоне блимкнула эсэмэска. “Буду признателен, если пришлете автобус в удобное вам время”. И адрес. Так, меня клиент будет ждать. Когда из “крайслера” выбирался вместе с телохранителем, предупредил Нобору:

— Мы на час. К трем можешь подъезжать. Обедать в клубе будешь?

— Я позже, господин. Пока не хочу.

— Как скажешь. Значит, я сейчас Горо-сан наберу, надо будет двух человек забрать. Девочка на инвалидной коляске, поэтому помоги, как приедут. Я за ними микроавтобус хочу сгонять, Изаму вроде свободен.