— Сумимасен, Уэда-сан, а можем мы посмотреть на этот меч? Мне кажется, обсуждать нужно то, что держишь в руках.

Еще раз поклонившись, хозяин исчезает в подсобке. Через пять минут приходит с длинной картонной коробкой. Открывает ее на прилавке и я вижу черные ножны и черную рукоять меча. Ножны из акульей окрашенной шкуры, как понимаю. Рукоять из плотной тесьмы. Да, местные предпочитают лакированные ножны, они красиво блестят, когда свет на них падает. Спросив разрешение, обнажаю клинок. И сразу понимаю, почему создавшему его мастеру прилетело на орехи. Потому что благородный металл — черный. Как и ножны, и рукоять. Не знаю, каким образом этого добились, но он буквально как уголь, как сама ночная тьма. Даже по узкой линии заточки нет никаких блестящих полосок. Побаюкав на ладонях клинок, задумчиво возвращаю его на место.

— Мне кажется, что ваш сын абэноши, Уэда-сан. С катаной явно провели какие-то манипуляции.

— Хай, Тэкеши-сан. Тошайо работал в сталелитейной корпорации Сумитомо. Во время аварии на заводе сумел закрыть брешь в домне, спас людей. Но выгорел. От прежнего дара остались жалкие ошметки. Теперь проводит почти все время в кузне.

— Передайте ему мои поздравления. Он смог создать божественное оружие, достойное самого микадо... Кстати, я тоже выгоревший. Так говорят врачи...

Погладив ножны, заявляю:

— Я возьму его. Сколько я должен?

— За ваш заказ семьсот тысяч йен.

— А за меч?

— Я буду признателен, если вы примете его в подарок. В газетах написали, что вы были лично приняты микадо. Для моей семьи будет честью, если вы станете пользоваться нашим оружием.

С глубоким поклоном принимаю подарок. Затем прошу хозяина:

— Если мастер Тошайо-сан будет не против, я хотел бы с ним встретиться, лично выразить восхищение.

Видно, что отцу нравится, что сына хвалят. Причем хвалят не “для галочки”, а искренне.

— Он собирался приехать ко мне зимой в гости, сейчас с семьей в Саппоро.

— Вот мой номер телефона, — пишу в блокноте, вырываю листочек и протягиваю Уэде. — Если у него будет желание, может позвонить в любое время.

Еще раз поклонившись, выходим на улицу, убрав большую часть покупок в бумажный пакет. Я в очередной раз чертыхаюсь — надо личного секретаря искать. Например, чтобы напомнил заказать визитки. А то так и буду на бумажках черкать, стыдобища.

* * *

У меня сегодня важная встреча. С одной стороны — визит вежливости. С другой стороны — мы с парнями этому человеку жизнью обязаны. Потому что Рокеро Ватанабэ не стал ждать звонка, а сразу после начала пальбы примчался в парк. Успел до момента, как оцепление развернули. И уже на месте с “братьями” звонки организовывал, перебинтовывал и оябуну сообщил о ситуации. Именно благодаря ему профессор меня сразу в клинику выцепил, а не позволил воякам по своим закуткам таскать. Одним словом — низко поклониться вакагасире района Мокусеиномори — это в списке обязательных мероприятий. Вот к нему с подарками и направляемся.