— Не дергайся, парень! — тихо произнес чей-то густой бас, — Медленно, медленно, положи руки на затылок, — дождавшись, когда я сделаю требуемое, он стал дальше командовать, — Теперь пальчики в замок!

Выполнил.

— На колени! Ноги в щиколотках скрестить!

Обходил он меня слева по широкой дуге, так и держа на прицеле. Пленителем оказался среднего роста мужчина, усатый, красномордый, одетый в обычную «флору», хитрый бронежилет, какую-то довольно современную каску, облегающую голову, РПСка, в руках АС ВАЛ. Вот с этим типом я шутить подобным образом не рискнул бы, и никому не посоветовал. Сразу видно, он не будет заниматься ерундой и при любых сомнениях стрелять будет на поражение.

Вот попал, так попал!

— Теперь рассказывай! — довольно жестко сказал, когда встал прямо напротив меня, направив ствол автомата в лицо.

— Что рассказывать? — задал я вполне уместный вопрос.

— Кто такой? Откуда? Как здесь оказался? — говорил он спокойно, немного устало, без всяких нервных «Ты че тупой⁈ А ну живо говори все!». То есть, совершенно не походил на мелко-бандитский типаж.

— Свежак, Вальтер, Зеленоминск, выпал из сбитого вертолета.

— Имя у тебя правильное и расклады немного знаешь, кто крестный?

— Цемент.

— Дааа? — вот здесь уже проявились неподдельные эмоции. В голосе изумление, немного недоверия.

— Да, — ответил я четко.

— А где он сам-то?

— Мертв.

— И как это случилось?

— Пуля в голову.

— А кто?

— Я знаю, — вопросительно, утвердительно, снисходительно. И ведь прокатило!

— Где это произошло?

— Здание ФСБ.

— А чего нас не дождался? Мы в любом случае туда бы заехали! — неожиданно наехал на меня мужик, и опустил автомат, я даже растерялся и ответил только через несколько секунд чистую правду.

— Про вас не знал, да и эвакуация начиналась, времени немного было.

— Ладно, расслабься, только не дергайся. Все, в общем, нормуль. Ты среди правильных, так что можешь ничего не опасаться. Свежаков трогать нельзя! Почти кончились твои мытарства.

— Я живца хлебну?

— Да хлебай на здоровье, говорю же — расслабься. Ствол лишний раз не мацай, а то знаю я вас свежаков, башни у вас рвет, не хуже, чем у танков после снаряда в боеукладку. Спокойно вдохни-выдохни. Все будет хорошо!

— И что, ты мне вот так сразу поверил? — я просто поставил себя на его место. Даже в той жизни, не стал бы доверять, а уж после случившегося за последние дни — да ни за что!

— Ну, во-первых, я немного ментат, слабенький дар, но правду ото лжи отличу. Во-вторых, если бы ты Цемента не встречал, вряд ли знал про здание ФСБ. И вряд ли у тебя была его РПСка, но это еще ладно, будь он живым, тебе ресовский боевой нож вряд ли тебе достался. А так наследство. Правильно? — дождался кивка, хотя я не понял, про какой нож он говорит, продолжил, — В-третьих, видно, что ты свежак. Хоть и резвый, но у меня глаз наметанный. А, в-четвертых, муров ты на раз завалил. Для меня этого достаточно. Дальше, как комсостав решит. Но я свое слово за тебя скажу. Так что, можешь вставать, собирать трофеи со своих жмуров, только поторопись, если здесь оставаться не хочешь. Минут через пятнадцать—двадцать, как с главарем этой шайки-лейки закончим, так и выдвинемся. Кстати, я — Третьяк, — протянул он руку в штурмовой перчатке, я тоже не стал снимать. Рукопожатие было крепким, но не чрезмерно. Затем он прижал палец к уху, и заговорил в гарнитуру рации.