Будь любезна, не задерживайся. Нас ждут. — У меня сегодня выходной. Совершенно официальный, между прочим. — Катерина, — Сан Саныч понизил голос, — тебе машину с посыльным выслать? Официально тревогу объявить? Не дури. Когда будешь? — Через двадцать минут. У нас, что, война с Папуа — Новой Гвинеей приключилась? — Практически угадала. Не задерживайся, — начальник отдела отключился. Катя удержалась от искушения плюнуть вниз, — под мостом как раз проплывал прогулочный теплоходик. Вот тебе и выходной. Опять неудобное кресло задницей шлифовать. Хотя, раз срочно вызывают… Что, собственно, стрястись могло? Никаких текущих операций «К-акашка» сейчас не вел. Пара акций в стадии начальной разработки, до их воплощения еще далеко. Да и не дело старшего сержанта планы разрабатывать. Кому-то ведь нужно и сии гениальные прожекты в жизнь претворять, — вот для той последней стадии сержантов и откармливают. Пакет с апельсинами Катя отдала дежурному на КПП. — Уничтожить и доложить. — Есть, товарищ старший сержант! — ефрейтор проводил девушку мечтательным взглядом. Сама товарищ старший сержант подозревала, что ее призрак ежевечерне вытворяет крайне неприличные вещи в воспаленном сознании истосковавшихся солдат-срочников. Никакого ажиотажа в отделе «К» не наблюдалось. Программисты в комнате маршрутных вычислений бормотали на своем «птичьем» языке. Кабинет Полевого отдела был заперт. От лестницы, ведущей в полуподвал, доносился приглушенный стук костяшек домино, — прапорщики МТО бодрствовали на боевом посту. Катя стукнула в дверь начальника отдела, заглянула: — Я прибыла. Чего делать? — Приведи себя в порядок и доложи, как положено, — сухо сказал Сан Саныч. Катя задумчиво отправилась в туалет, вымыла руки. Липкий апельсиновый сок перестал клеить пальцы. Суров начальник. С чего бы это? В кабинете еще один тип расселся. Похоже не из армейских. Скорее всего, научник. Или из финансистов, — эти бухгалтеры, что в форме, что без формы, вечно вот такими тюфяками в очечках выглядят. Может, «боевые» за прошлую операцию начислили неправильно? Вот будет геморрой — копейки возвращай, объяснительные пиши. — Товарищ майор, повашемуприказаниюстаршийсержантМезина прибыла! — Катя попыталась щелкнуть кроссовками. — Вольно, проходи. Катя плюхнулась за стол напротив гостя. Круглолицый мужик подался вперед, откровенно оценивая скрывшиеся за крышкой стола бедра и приоткрытый коротким топиком живот девушки: — Хорошая у вас в отделе форма одежды. Не жарко, и воевать удобно. — Прошу прощения, — сказала