Суммарно шестнадцать часов работы ушло на то, чтобы приготовить два рецепта. Они получились не идеальными… И даже опасными. Но лепить пришлось из того, что было. Будь у меня ещё один склеивающий компонент, я бы минимизировал побочки, но где его взять?

Шустрик вернулся с ринга с разбитым носом, и опухшим глазом. Несмотря на увечья, лыбился:

- Тройку выстоял!

- Молодец! — я похлопал его по плечу.

- И в тыкву саданул!

- А?

- Во! — Шустрик показал кулак со сбитыми косточками. — Мочил падлу, как ты меня учил! Из присеста боковым в челюсть! Это было офигительно круто!

- Рад, что тебе понравилось!

- Жаль, что, мудила Медный, площадку закрыл! — Шустрик показал ряд окровавленных зубов. — Если тренироваться, то на ринге можно не только грушей быть! Привыкли, падлы, малолеток шпынять!

- У меня есть к тебе дело, Шустрик.

- Какое? — пацан изменился в лице и потянулся к кепке.

- Возьми вот это, и если услышишь, что я…

- Сайлок! — из двери показался Тренер. — Твой выход!

Остаток фразы я договорил Шустрику на ухо, получил одобрительный хлопок по спине и пошёл к выходу. По пути, ощущал на себе десятки собравшихся взглядов.

- Удачи! — крикнул Вадос.

- Удачи, Сайлок! — присоединился Ден.

- Возвращайся!

- Ещё увидимся, мужик!

… … …

Серый коридор, запах пота, клубящийся сигаретный дым. Я иду к двустворчатой двери с небольшими окошками. За ней слышится голос ведущего. Он представляет меня.

Обычно бойцы выходят на ринг в шортах и с перчатками, но не пацаны из аквариума. На мне штаны, майка с длинным рукавом и кеды. Бо льшая часть бинтов намотана на предплечье. Они пригодятся, чтобы смягчать удары. На кулаках бинт — в один слой. Только для виду. Так полагается.

В каждой ладони под бинтом прячутся два пакета — единственная надежда на спасение.

Зал забит до отказа. Тысячи две. Зрители орут и вскидывают таблички, делая последние ставки. Курят и пьют тут же. Одна из главных прелестей подпольных боёв. Зрители приходят, чтобы почувствовать атмосферу бесправности и анархии. Алкоголь, сигареты и нецензурная брань приобщают их к общему хаосу… Они хотят видеть кровь… Нет, сейчас они хотят видеть смерть…

Появляюсь я, и толпа на миг стихает. Зал погружается в молчание секунд на десять. По спине и затылку бегут мурашки. Мне страшно? Да, самое время признать…

- Последний поединок закончился для него не слишком удачно, но за чёрной полосой обычно следует белая! Ведь так?! — рвётся голос из динамиков. — Встречайте на ринге-е-е-е-е-е… Сайлок!

Переступаю канаты, прижимаюсь спиной к стойке и отключаюсь. Исчезают шум, свет, запахи. Беснующая толпа размывается, словно пейзаж на заднем плане. Мой мир — квадрат семь на семь метров, огороженный канатами. Здесь только я и он…