Мудрая мама. Грязнокровки вьют гнезда из какашек двисти, так что я не виню Клэр за то, что она требует мыть руки. Я встаю на ноги, надеваю накидки и протягиваю детям руку.

— Пошли.

Эревэр берет маленькую ручку Каэ в свою и переплетает их хвосты, затем берет мою руку в свою, так что мы становимся цепочкой. Мы делаем это каждое утро, хотя Каэ не всегда с нами. Иногда это Рухар, или дочери Лиз, или девочки Джорджи. Но я думаю, что Каэ — его любимица. Она очень тихая, что дает ему много возможностей для разговора. Однажды с нами пошел Жоден, старший сын Джози, и Эревэр все время пытался его переубедить. Это было утомительно.

Когда мы выходим из моей хижины, я вижу Кайру, которая сидит перед своей хижиной и болтает с Клэр. Они достают шитье и машут нам, завидев нас. По какой-то причине детям нравится собирать гнезда грязноклювов, поэтому я всегда составляю компанию в этом деле. Моя корзинка для сбора прислонена к стене хижины, и я стряхиваю с нее снег, затем зажимаю ее под свободной рукой.

— Корзинка для яиц? — тихо спрашиваю я, и Каэ отцепляется от Эревэра и бежит к матери.

Мы ждем, и в этот момент Эревэр сжимает мою руку.

— Я рад, что от тебя приятно пахнет, Эл-ли. Это намного лучше, чем когда ты была вонючей.

Я не уверена, упрекает ли он меня, но в любом случае это довольно забавно. По правде говоря, когда тревога берет надо мной верх, я легко возвращаюсь к своим старым привычкам. Не разговариваю, не общаюсь и покрываю кожу тонкой коркой грязи, чтобы никто меня не заметил. Но потом я думаю о Беке и о том, как я не хочу быть грязной, когда он вернется домой. Я хочу, чтобы он был рад меня видеть. Я хочу, чтобы он целовал меня всю и прикасался ко мне. Я гораздо приятнее на ощупь, когда я чистая.

Каэ вприпрыжку возвращается со своей корзинкой в руке.

— Мама попросила, пожалуйста, побольше яиц.

Я поднимаю взгляд на двух женщин, и Кайра с улыбкой машет мне, приветствуя нас. Однако она не встает, а я не поворачиваюсь к ней. Я лучше лажу с детьми, и все дают мне достаточно пространства, чтобы я не чувствовала себя загнанной в угол.

— Еще яиц? — я спрашиваю.

Каэ кивает, как будто это все объясняет.

— Сегодня День без яда, — объявляет Эревэр, снова переплетая свой хвост с хвостом Каэ, когда она снова вкладывает свою маленькую ручку в его. — Мы будем украшать яйца и загадывать желания.

Ой. Я помню, кто-то что-то говорил о рождественских каникулах, но я не обратила особого внимания. Праздники — это очень далекое воспоминание. Я так долго провела в клетках и зоопарках, что многие из моих земных мечтаний остались лишь очень, очень далекими воспоминаниями. Мне и в голову не пришло праздновать, особенно сейчас, когда Бека нет.