Я ничем не мог ответить ему: мой магический ресурс иссяк. Ударить его кинетикой или «Гневом Небес», в то время как он, еще не в земном теле, не имело смысла. Да, я сделаю богу больно, но только и всего. Использовать «Веил Литуам Лакши» — этим я могу лишь немного и ненадолго охладить его пыл, заморозить воду вокруг, что будет во вред нам самим. Лед может пробить днище катера, и мы скорее пойдем на дно. В общем, случилось то, чего я больше всего боялся. И случилось это, когда мы одолели почти половину расстояния от Ор-Ксиппила до архипелага мелких островков. Хоть в одну сторону, хоть другую до берега очень далеко. Наверное, Посейдон с самого начала знал о моем выходе в море и поджидал, когда катер уйдет подальше в океан.

— Оль, уйди скорее в каюту! Если есть спасательный жилет — надень! — крикнул я, стараясь быть громче ревущего ветра.

Я понимал, что сказанное для Ковалевской, никак не поможет ей. Но хотя бы чем-то отвлечь мою невесту было необходимо. Пусть чем-то займется, поищет спасательный жилет в каюте. Пусть у нее останется капля надежды. Хотя бы в последние минуты пусть укроется от разбушевавшейся стихии.

— О, если бы я мог убить тебя так, чтобы ты никогда больше не появился ни в одном из миров! Но ты родишься снова, Астерий! Ты — неуязвимый негодяй, вот что меня печалит! Но я постараюсь доставить тебе перед смертью больше боли. Такой боли, которую ты принес в мое сердце, убив моего сына! — ревел вместе с ветром разгневанный бог.

— Ты прекрасно знаешь, я его не убивал! Полифем сам упал со скалы, в погоне за нами и жажде убить нас! — воскликнул я, стараясь потянуть время, и придумать хотя бы что-то, способное спасти Ольгу.

— О, нет!.. Ты все это устроил! Именно, ты, коварный Астерий! Ты нашептал Одиссею как ослепить мое дитя! Убил его, не кто-то другой, а именно ты! — прорычал он, наклонившись к нашему катеру.

Ветер начал стихать и улеглись волны. Мы были у ног великого бога, возвышавшегося точно скала.

— Если бы я этого не сделал, твой сын съел бы нас как овечек. Мы с Одиссеем лишь защищали свою жизнь, — ответил я. На ум пришло, что у меня хватит сил: заключить себя и Ольгу в «Сферу Дьянко», но это лишь отсрочило бы нашу гибель. О, если бы у меня было хотя бы половина моего магического ресурса, разговор с Посейдоном был бы совсем иным. Я бы использовал «Туам латс флум» — остановил бы время и успел сделать с Посейдоном то, что недавно сделал с Яотлом! Да, это было бы намного сложнее, но я бы смог. Однако сейчас я был воином, лишенным оружия и брони.

— Я убью первой ту, кого ты любишь! Только боль для твоего сердца достойное наказание для тебя! А тебе я не дам умереть быстро! — проревел он и повернул голову на свечение невысоко над волнами. Оно было столь ярким, что соперничало с закатом.