Мои бойцы выстроились в клин и врезались в оборону врага. Хотя, моих бойцов было почти втрое меньше, уровень их был выше. Со своей позиции я почти ничего не видел, лишь всполохи самых заметных умений и магических навыков. Но я знал общий план. Естественно, ведь я его сам придумал. Восьмерка моих бойцов с их силой за четверть минуты прорезала строй бойцов противника, и бойцы ближнего боя разошлись в стороны, дальники, бывшие до этого в тылу, сразу оказались на фронте, защищенные от бойцов противника пятеркой ближников.

Пораженные солдаты противника не ожидали, что их очередь настанет так быстро, но мои стрелки не дали им возможности подумать. На солдат обрушился рой острых сосулек, странные стрелы и ядовитые плевки. Первыми погибшими в этом противостоянии были не бойцы, а солдаты противника. Выхода не было, им пришлось вступить в бой. Завязалась перестрелка. Несмотря на тотальное превосходство в количестве, лучники противника были значительно слабее моих стрелков.

В это время Фема с Муркой добили патрульных за стеной и без особых проблем перелезли через нее. А Эль подбежала ближе начала атаковать бойцов противника, серьезно их отвлекая. Через полминуты напряженного боя, моих бойцов осталось всего четверо ближников. Моих стрелков буквально утыкали стрелами, но те успели унести с собой шестерых солдат противника. Владелец деревни потерял уже больше десяти солдат с начала противостояния. Никто не ожидал, что в этот момент в тылу вражеских лучников объявится Мурка, кромсая противников буквально с одного удара. Фема в эпическом прыжке предстала перед бойцами противника, попутно раскидав их в стороны ударной волной.

Четверо моих выживших бойцов, перестав быть связанными боем с противниками, бросились добивать лучников. А в образовавшийся проем ринулись, Мурка и Фема. Они выбежали из ворот под проливным дождем из стрелковых умений и разнообразных китайских ругательств. В конце операции у противника осталась едва ли половина дюжины живых солдат. Да, и те были уже немного потрепаны. Навык откатится, и бойцы снова появятся на полях сражений, а вот восстанавливать боеспособность армии придется долго.

Мои спутницы быстро ретировались в лес. Через несколько минут сработает откат призыва, и я мои бойцы вернутся в строй. Враги, пробежав половину расстояния, остановились в ступоре. Не понимая, что делать дальше. Определенно, через несколько минут сражение возобновится. А в лесу их могла поджидать ловушка.

Хотя, какие они враги? В данной ситуации враг — я. А они — жертвы агрессии. Но меня такая постановка вопроса совершенно не беспокоила. Ну и что? Даже если они сейчас сражаются за будущие заработки и хотят вырваться из бедности, когда на карту поставлена судьба мира, бедность или богатство конкретных лиц меня совершенно не беспокоит. Придет время, и все их потуги к заработкам останутся тщетными. В этом мире нужна только сила. Без твердого центра силы среди игроков Земли, мы не сможем отстоять свои интересы или даже свою свободу. Не много ли я беру на себя, пытаясь повлиять на судьбу мира?