Алекс заерзал на стуле.

— Ты чего ёрзаешь? — спросил я, чтобы хоть как-то поддержать затухающий разговор.

— Яйцам тесно! — пожаловался ниндзя.

— Не удивительно! — хмыкнул я. — У тебя когда секс последний раз был?

— Не в этом дело! — огрызнулся друг.

— Конечно не в этом! — согласился я. — Лишнее у тебя, наверняка, из ушей по ночам вытекает!

— Иди в жопу!

— Угу! — мы опять помолчали. Опа! 3:3!

Алекс опять заёрзал.

— Бесит! — буркнул он. — И зачем ты нас переодеться заставил?

— Из экономии! И бережливости! — парировал я.

— Самому-то, наверное, сам Мудвин подгонял! — продолжал ворчать Алекс.

— А тебе кто мешал?

— Он меня не любит!

— Тебя никто не любит! Даже Пепси! Смирись уже!

— Пепси любит! В глубине души! Где-то очень глубоко! Но пока сама этого не осознает! — нахмурился грустный юморист.

Я решил не продолжать это щекотливый, для друга, разговор. А жаловался он на «стоковую» броню, которую я приказал надеть перед вылетом. Мы не взяли ничего того, что невозможно было восстановить:

Овечка оставила ЕЁ и свою броню. И Дусю тоже не взяла. Дуся хоть и не вещь, но другой такой нету;

Я оставил свою броню, тем более её еще не починили после моей нелепой гибели и Зубочистки.

Тоби оставил БФГ-9000, Маузер он взял с собой, так как он хоть и уникальный, но повторяемый.

Хмурый оставил Наказатор. Против своей воли, но всё же. Крафтовая вещица, одновременно гордость и гроза племени.

Алекс, соответственно, оставил еще и Потрошитель.

Пончик ничего не оставил, потому что у него ничего было.

И, вообще, мы на разведку летели! А тут такой замес! А еще тут 2:2! Одновременно взорвались два противника!

Алекс зевнул.

— Вот как так получается? Сидим мы в мёртвом корабле, хер знает сколько парсеков от Земли, а мне моя скорая вспомнилась. Сразу галимый растворимый кофе и мальборо красное захотелось! Ты сам-то часто Землю вспоминаешь?

— Последнее время всё чаще и чаще! — вздохнул я.

— Может, сгоняем?

— А зачем?

— Ну… За шкафом! Гы-гы…

— Смысла не вижу. По моим самым скромным прикидкам мы лет двести в буфере проторчали. Никого и не осталось, поди. Разве что какие-то прапрапрапрапраправнуки по планете бегают!

— А я всё равно сгоняю! — вздохнул Алекс. — С тобой или без тебя! Хочу в Чёрном море искупаться! Бичков половить! Как Война закончится, так сразу и полечу! Ты чего ржешь? Опять про «вечную» каламбурить будешь? Задолбал уже!

— Да не буду! — усмехнулся я. — Меня вот какой вопрос мучает! Мы же «попаданцы»?

— Ну да! — кивнул друг.

— А если мы «попали» два раза — сначала на Землю, а затем обратно в этот мир, то как мы теперь называемся? Двойные попаданцы? Попаданцы в квадрате? Или еще как-то?