Самый крупный ирис оказался возле меня в три прыжка. Втрое выше меня, он выглядел настоящей скалой на фоне небольшого человека. Мне пришлось напрячься, чтобы попросить монстра о помощи. Мысли не формировались в образы.

В ответ я получил вопрос: может ли стая занять развалины, к которым у них раньше не было доступа. Я слегка склонил голову и послал образ того, как котята размером с флаер резвятся под присмотром взрослых особей.

Этого хватило, чтобы мы «договорились». С этого момента ирисы обеспечат нам круглосуточную защиту, а в ответ мы позволим им находиться близ Трона. На самом деле, даже если бы я захотел им запретить, у меня не было сил, чтобы отстоять своё решение.

— И? — спросил меня Эльтар. Вечному тоже пришлось нелегко, он потерял много крови и говорил с трудом.

— Они нас посторожат, — ответил я. — Помоги мне перенести Ариэлл, после чего мы будем отдыхать.

— Не слишком ли опасно? — спросил Эльтар. — Заслона вокруг Трона больше не существует, и твари могут свободно входить сюда.

— ИИ предупредит, если к нам подберутся слишком близко.

После этого мы осторожно сняли Ариэлл с валуна, собрали обрывки тряпок, которые остались от наших палаток и спальников, и уложили Вечную отдыхать. Дыхание её было ровным, но меня беспокоило, что я не видел её Истока.

В центре груди Ариэлл больше не блистал голубой сгусток.

Закончив самые необходимые дела, мы с Эльтаром завалились спать. Я так вообще свалился на серый камень, пододвинул другой булыжник под голову и заснул. В тот момент серая булыга казалась мне удобнее любой самой роскошной постели.

Проснулся я в предрассветных сумерках. Это означало, что я проспал практически сутки. Тело болело нещадно, ведь я так и не залечил свои раны, благо теперь я имел подобную возможность. Но оглядев руки, я понял, что раны успели немного зажить и покрыться коркой.

— Если бы не новое состояние регенерации, ситуация была бы намного хуже , — тут же сообщила мне Юри.

Ещё несколько минут я лежал и смотрел в светлеющее небо. Сбоку от меня слышался треск костра, а ноздри уловили запах жареного мяса. Желудок тут же поднял тревогу и сообщил мне, что вообще-то ему нужна еда, чтобы наш общий организм не помер.

— Ты проснулся? — спросил Эльтар, когда увидел моё неловкое ёрзанье и попытку поднять себя на ноги. Голос Вечного оставался всё таким же уставшим.

— Да, — ответил я. — Как она?

— Всё так же, — ответил Эльтар.

Я подошёл к лежащей под тряпьём Ариэлл и наклонился. Ноздри Вечной мерно двигались, грудь вздымалась в такт дыханию. Это были все хорошие новости. Лицо оставалось всё таким же белым, как и вчера.