женщина шестидесятого размера, в кашемировом халате и с чугунной сковородкой наперевес (чисто на всякий случай для поддержания авторитета). — Вера? Антон? — мама величественно подняла бровь, оценив мой вишневый наряд и смокинг адвоката. — А эта пипетка крашеная чего тут концерт для соседей устраивает? — Капитолина Петровна! — Алина подскочила к ней, суя под нос свой Айфон. — Посмотрите! Ваша доченька под ручку у всех на глазах идет с моим мужем! Они крутят роман за нашими спинами! Они смонтировали то ужасное видео в лофте, чтобы оправдать свою грязь! Мама медленно перевела взгляд с экрана телефона на нас с Антоном. В подъезде повисла звенящая тишина. Антон напрягся, готовый выдать железобетонную юридическую тираду в мою защиту. Но Капитолина Петровна лишь тяжело вздохнула. Она взяла из рук Алины телефон, брезгливо посмотрела на экран, а потом вернула его фитоняшке. — Девочка моя, — ласково, как умалишенной, сказала мама. — Моя Вера шестнадцать лет кормила этого лоботряса Игоря котлетами. Если она наконец-то решила пересесть с этого скрипучего велосипеда на приличный дорогой внедорожник, — мама уважительно кивнула в сторону статного Антона, — то я её только благословляю. А ты забирай свои сопли, своего радикулитного Игоря и шуруй отсюда, пока я не применила к твоему комбинезону меры физического воздействия. Алина глотнула ртом воздух, поняв, что её последний план мести с треском провалился. Мама Веры оказалась непробиваемой. Пылая праведным гневом и шмыгая носом, бывшая подруга бросилась вниз по лестнице, стуча каблуками. Дверь закрылась. Мы остались на площадке. Мама посмотрела на нас, хитро прищурилась и сказала: — Ну что, тайные агенты. Заходите. Кажется, нам срочно нужен очень крепкий чай. И вы мне сейчас по полочкам разложите, как вы этих голубков в прямом эфире раскатали. Глава 5. Полная перезагрузка и мужчины на горизонте Выставить мужа после шестнадцати лет брака — это как выбросить старый диван. Сначала вроде бы жалко, воспоминания давят, но когда этот диван начинает скрипеть, вонять чужими духами и требовать деликатной чистки за твой счет, ты просто выставляешь его на помойку. Вместе с подушками. Когда я в три часа ночи вернулась от мамы, Игорь сидел посреди коридора нашей ипотечной двушки прямо на полу. Рядом уныло высилась гора его чемоданов Louis Vuitton (копии класса А, купленные для съемок сторис). Сам «продюсер века» был в пижаме, укутан в мой любимый плед и жалобно постанывал, держась за поясницу. Матвей и Данька сидели на кухне, карауля холодильник