Собственно, мне уже было очевидно, что Шуйский играется. Справедливости ради стоит отметить — Духи Олафа были очень далеки от тех ребят за плечами Ивара, с которыми дрался я. Не такие быстрые, сообразительные, сильные, без четкой специализации… В бою против обычных Магов Заклятий Олаф со своими шестью помощниками легко одержал бы победу. Каждый из Духов был примерно на уровне Багрянина или даже Ярославы Шуйской, и всемером с королем могли они бы могли наделать страшных дел против магов попроще… Но против Федора или Алены они были бессильны. Кстати, насчет Алены…

— Разберись с армией призраков, — велел я девушке.

Видимо, в них и была основная опасность, о которой говорил мне Федор. Эта армада Духов совместными усилиями нам бы добрую половину флотилии раскурочила бы несмотря ни на каких Магов Заклятий — слишком их было много и слишком хорошо у них силы суммировались. От нежити нашей, вон, уже почти ничего не осталось — а ведь наши чародеи Духов истребляют как могут. Самим старшим чародеям они не слишком опасны — маги могут банально удрать от них, ведь те привязаны к Великому Источнику… Но вот быстро упокоить такую ораву смог бы только либо очень сильный малефик, либо не менее могучий некромант. Служители Небес не помогли бы — это не была злая в классическом понимании нежить и нечисть. Магия Света была полезна, но действовала против них не ультимативно, хотя обычно всяких призраков косила будь здоров…

К счастью, у нас был с собой крупный специалист по любым видам темной магии. А Небытие — это, всё ж таки, очень близко к Смерти.

Там, в стороне, где бился Шуйский, снизу вверх ударило Заклятие. Огромные ветвистые Ледяные Молнии, в которых смутно ощущалась та самая магия Небытия — но очень уж просто, безыскусно, бесконечно далеко от уровня его сына…

— И это всё, Фолькунг? — раздался скучающий голос Федора. — Всё, что ты можешь продемонстрировать — это стационарные чары столицы и резиденции, завязанные на Великий Источник и парочку поменьше? Королевские Регалии, которыми ты так плохо умеешь пользоваться, плюс Духи, прикормленные и припрятанные здесь на случай беды и которыми ты толком управлять не можешь⁈ И с такими ничтожными силами и способностями ты осмелился бросать вызов… Как с таким королем как ты твои подданные надеялись на реванш?

— Закрой рот, русский выродок! — яростно выкрикнул выбитый из равновесия король. — Я…

Глядя на него я невольно испытывал смесь недоумения, презрения и какой-то… Жалости, что ли? Рожденный не в ту эпоху король, который был, возможно, вполне сносным правителем в дни мира, он был совершенно непригоден к войне. Настолько же, насколько к ней пригоден его сын-реинкарнатор, Ивар.