— Всё, Маша, хватит! Стой! Да прекрати же ты! — я взял её за талию и аккуратно поставил рядом с креслом, а сам вскочил на ноги.

— Ты! Тыыыы! Ты опять меня отталкиваешь! Как ты смеешь так делать⁈ — Маша прямо таки зарычала, как дикое животное. Во рту блеснули удлинившиеся клыки.

— Маша, что с тобой? Ты что-то принимала? С кем ты встречалась после того, как мы расстались?

— Расстались? Да мы и не встречались! Гад! Разорву тебя на куски! Из-за тебя я почувствовала себя ничтожеством, которого ни капли не любят!

Маша снова зарычала, выгнулась вся дугой. На её руках и ногах ногти превращались в длинные острые когти, тело покрывалось плотной короткой шерстью чёрного цвета, а челюсти втянулись, превратив голову в морду хищника из кошачьих. Пантера! Вот оно что! Но она же не оборотень⁈

— Маша, остановись! — зверь кинулся на меня, но ударом ноги я отбросил её к стене. Прижал телекинезом, пытаясь остановить, а она брыкалась и изворачивалась. Когти, как у давешнего медведя, стали резать и кромсать мой телекинез, как коты пакет. — Перестань брыкаться!

Зверь у стены окончательно разорвал невидимые путы и кинулся на меня. Я промедлил, не ожидая такой прыти, когти прошлись по моей руке, разрывая кожу и мышцы, хлынула кровь. Чёрт возьми! Я отпрыгнул, ударился ногами об диван и неловко свалился за него. Пантера мгновенно прыгнула ко мне, сунула лапу в закуток и стала рвать меня когтями, сделав мне ещё с десяток глубоких ран на заднице и бедре.

— Драконий доспех! — чёрная броня послушно закрыла меня от внешнего мира, и когти зверя только царапали по ней, не причиняя вреда. Я встал и стал бить бывшую девушку кулаками, не вкладывая в них никаких техник. Так мы стояли минут пять — чёрная пантера размером с лошадь пыталась пробить мою броню своими когтями, а я обрабатывал её морду и лапы кулаками.

Зверь сдался первым. Отскочил к воротам гаража, развернулся, стал смотреть на меня внимательным взглядом. Я вылез из-за диван, встал перед ним. Когда-то действие того, чем её накачали, должно будет закончиться. Стоит только продержаться до этого момента. Я не сомневался, что Маша не была оборотнем, значит, кто-то её чем-то натравил.

Ещё полчаса мы дрались, разгромив всю обстановку. Диван, кресло, столики, стулья сломаны и разорваны, ковры порваны в клочья, посуда и техника перебита. Наконец, отрава стала выдыхаться. Зверюга стала замедляться, потом вдруг остановилась, болезненно зарычала и упала на пол. Шерсть стала втягиваться в тело, когти исчезли, фигура снова стала человеческой. На полу гаража валялась побитая, окровавленная девушка.