Ни Яромира, ни Пушка, ни Лиса поблизости не оказалось. На снегу вообще не было никаких следов, кроме вмятины от ее собственного тела. И тут Тайку осенило:

— Я все еще сплю?

— Недобрым сном… — вздохнула Бабушка Зима. — Еще часок-другой проваляешься, и он вечным станет. Что последнее ты помнишь, ведьма?

— Ну, мы шли по пещере с ледяными статуями. Потом Лису стало дурно, а мы с Яромиром столкнулись лбами. Я сперва думала, может, сотрясение у меня. А теперь понимаю — это чары какие-то.

— Верно мыслишь. Продолжай.

— Честно говоря, я понятия не имею, чем нас так приложило. Заклятие Лиса много лет назад сработало, погрузив всех тех людей в мертвый сон. Но мы-то здесь при чем?

— Знаешь, как бывает: вот сидишь в комнате, где все спят, и сама тоже начинаешь клевать носом? Вот тебе и ответ.

— То есть это не статуи решили отомстить Лису и нам заодно?

Бабушка Зима рассмеялась:

— Ишь чего выдумала! Нет, эти люди сейчас далеко-далеко, каждый в своей части Сонного царства. Там, куда им хотелось попасть больше всего на свете. Одни — дома, другие — в гостях, кто-то — у царя на пиру, а иные до сих пор сражаются.

Тайка наконец-то разглядела среди заснеженных ветвей нити, покрытые инеем. Пространство между стволами было заплетено так густо, что казалось, дальше ходу нет. А все ниточки судьбы по зиме стали одинаковыми — не разберешь, где чья, все белые.

— Это что ж, выходит, я больше всего на свете в Нитяной лес хотела попасть? — Она наморщила лоб. — Странно как-то. Я думала, дома окажусь. Ну или у бабушки с дедушкой во дворце.

— Значит, вспоминала обо мне часто, — беззубо ухмыльнулась старуха. — Может, оно и к лучшему. В сонном коконе одной лучше не оставаться.

— Так вы меня выведете! — Тайка обрадовалась, вскочила. — Пожалуйста, Мара Моревна, мне очень надо к друзьям. Они без меня пропадут.

— А я-то тут при чем? — пожала плечами колдунья. — Коли видишь дорожку, так иди, не зевай.

— Но я не вижу! — Внутри заворочался удушливый страх, к горлу снова подступила тошнота. — Все нитками затянуто.

— Это плохо, — нахмурилась Мара Моревна. — А просветы меж ними есть?

— Угу, небольшие.

— Значит, еще не до конца кокон сплелся. Надо спешить, ведьма.

В этот миг начался снегопад — красивый, словно в игрушечном шарике. У Тайки такой был в детстве: с маленьким домиком внутри. Тогда это радовало, сейчас — нет.

— И что я должна сделать? — Ее малость потряхивало. Так, спокойно, без паники. Нужно собраться с мыслями.

— Вспомни, для чего ты здесь, и сверши то, зачем пришла, — Мара Моревна заботливо стряхнула с ее волос снег. — Успеешь, пока хлопья не залепили все нитки, — сможешь уйти. А нет — пеняй на себя, навеки в горе и останешься. Покроется тело синим льдом, застынешь.