Тайка понимала, что несет чушь, с ней так порой случалось от волнения.

— Был бы Пушок прародителем всех коловершей — подошла бы и его шерсть. — Старуха сучила пальцами, будто бы уже готовилась прясть. — Тебе нужно найти кого-то из изначальных. Любого зверя — хоть овцу, хоть зайца, хоть волка лютого — и уговорить поделиться шерстью по доброй воле.

— Ой, а где они водятся⁈

В глазах Тайки загорелась надежда. Нет, она понимала: это задачка не из легких. Но главное, что способ есть! Значит, еще не все потеряно.

— Да, небось, где-то по Волшебной стране рыщут. Кто в Диви, кто в Нави, а кто и в землях отседа подальше. Но людям на глаза они редко показываются. Впрочем, коли увидишь — сразу узнаешь. Прародители насколько стары, что шерсть их сделалась белой-белой. И, конечно, все они умеют говорить по-человечьи. Но тебе-то оно без надобности — ты и так поймешь.

— А позвать их никак нельзя? Может, приманить чем-то?

Мара Моревна кивнула: мол, правильные вопросы задаешь, ведьма.

— Тут я тебе подсоблю, пожалуй. Вот, держи семена. — Она протянула Тайке маленький полотняный мешочек. — Попробуй вырастить. Коли взойдет — значит, удача к тебе лицом обернулась. Сожжешь травку, на запах дыма кто-нибудь да прибежит. Если захочет.

Тайка прижала мешочек к груди.

— А что это за травка?

— Того не ведаю. Может, заячий корень, а может, овечий. Или даже медвежий — по семенам никогда не поймешь. Но будь осторожна: коли не понравишься зверю, убьет он тебя.

— Что, даже заяц? — Тайка нервно хихикнула, и старуха погрозила ей пальцем:

— Не смейся! Не то обидишь духа.

— Ой, я не нарочно! — Опомнившись, она поклонилась. — Спасибо за науку, Мара Моревна. И за семена.

— Надеюсь, у них будут добрые всходы. Ты узнала все, что хотела?

— Да. То есть нет. Я еще хотела спросить: как там Дивнозёрье без меня?

— Не волнуйся, ведьма. — Колдунья погладила ее по голове. — У нас все хорошо. Делай свое дело.

И снег вдруг прекратился, будто бы раз — и выключили. Тайка поняла — это ее шанс. Впереди между деревьями показался розоватый, словно подкрашенный закатным солнцем, просвет. Она бросилась туда, но ветер сопротивлялся, сбивал с ног, не выпускал, шепча: «Останься!»

— Дивья царевна! — вдруг донеслось из-за деревьев, и Тайка узнала голос Яромира.

Друзья ждали ее, выкликали из сна, беспокоились. Сжав зубы, она поднялась и рванула вперед из последних сил. Ноги утопали в сугробах, ветки хлестали по щекам. Ой, нет, уже не ветки, а крылья Пушка.

— Ура! Очнулась! — со всей мочи завопил коловерша.

Вокруг было темно, но в вышине сияли звезды — значит, из пещеры они все-таки выбрались.