— Так давайте я объясню! Княжна вас обманула, она…

— Этого не может быть! — перебил Индрик. — Я чую ложь по запаху.

Тайка вздохнула:

— Можно говорить правду, но не всю.

— Тогда как тебе верить? — Зверь прищурился.

— Пожалуй, никак. Но задавайте вопросы, и я обещаю, что отвечу на них честно. Доброгнева наверняка такого не предлагала?

— Нет. — Индрик задумался. — Знаешь, у меня появилась идея: вы друг против друга. Поговорите при мне, я послушаю вас обеих и решу, кому верить, кому нет. Согласна?

— Э-э-э… Плохая идея.

— Почему?

— Да потому что Доброгнева меня заколдует. Говорят, от ее взгляда нет спасения. Любой, кто посмотрит ей в глаза, сделает то, что княжна захочет.

— Что, и я тоже⁈ — скрипнул зверь зубами.

Пол под ногами опять завибрировал, словно чувствуя его недовольство.

— Не знаю… — выдохнула Тайка. — На людей ее очарование точно действует, а вот на таких, как вы, может, и нет.

Индрик еще немного подумал, закусив губу.

— То, что княжна боится тебя, я уже понял. А ты? Боишься Доброгневу?

— По правде говоря, да… — Неловко было признаваться, но она же обещала ничего не скрывать. — Она намного старше меня и могущественнее. Дочка самого Кощея, как-никак. Да она на меня плюнет, и мокрого места не останется.

— Тогда зачем же ты с ней воюешь? — Индрик наставил на нее свой рог. — Разве не лучше жить в мире? Не плоди зло, ведьма. Обещай, что не причинишь вреда княжне, и я дам уйти тебе и твоим друзьям. Никто не пострадает.

Тайка вздохнула. Ну как ему объяснить?

— Я не хочу воевать. — Она облизнула пересохшие губы. — Мир — самое лучшее, что у нас есть. Это Доброгнева начала, не я. Она хотела убить меня, едва не погубила Яромира, пыталась причинить вред моей матери и всему Дивнозёрью, а еще — наслала горыныча на город, где правят мои дед с бабушкой. В ту ночь только чудом никто не погиб. Но раненых было много. Если ее не остановить, умрут ни в чем не повинные люди! Возможно, прямо сейчас, пока мы с вами разговариваем, войско княжны уже приближается к Светелграду!

Тайка вдруг вспомнила, как огонь охватил царский терем, как ворвался в легкие горячий воздух, затрещали доски, как рухнул балкон, на котором она совсем недавно стояла… На глаза навернулись слезы.

— Выходит, ты хочешь остановить войну, а не продолжить ее?

В синих глазах Индрика появилось понимание, он больше не метил острием рога ей в сердце, и Тайка с облегчением выдохнула. Похоже, она на правильном пути.

— Да. И если ты отдашь нам самоцветы, мы сможем восстановить ожерелье, которое лишит Доброгневу силы. И все, кого она обманом и хитростью заставила себе служить, освободятся.