Где в пустыни можно было достать столько дерева, даже не представляю, но, набрали же. Позже у кого-нибудь спрошу. Стало интересно.
Наша колонна беспрепятственно вошла в порт, разделяясь на несколько ручейков. Присоединяясь к точно таким же, но от других родов и кланов, со всех сторон стекающихся в порт.
Несмотря на обилие постов и заграждений, здесь наблюдалось настоящее столпотворение не меньшее, чем на центральной площади. Единственное отличие было в том, что здесь горожане и одеты побогаче и вели себя поспокойнее. Хотя тоже были на взводе, волнуясь и переживая о своём будущем.
Покинув карету, передали её специально поджидавшему дари, отогнать в другое место, чтобы не забивать брошенным транспортом весь порт, освобождая его для вновь прибывающих. Заодно объяснили, кому именно передать карету, которую всё же удалось ночью продать. За сущие копейки.
Обвесившись вещевыми мешками, не постеснявшись нагрузить Аюни, возглавил шествие, подобно отцу многодетного семейства.
— Все за мной. На поиски Чайки Дирхама, чтоб её кошки съели, если не найдём, — обозначил название корабля.
Решительно начал проталкиваться сквозь толпу, с видом человека которому можно всё, двигаясь в сторону причала. Пристально вглядываясь в корабли, гадая, который наш. Испытывая определённое беспокойство. Тут не вокзал, вагоны не пронумерованы, по порядку не расставлены, дежурные не предусмотрены. Про объявления диспетчера и вовсе молчу. К счастью, меня вовремя перехватил Закир, не дав потеряться.
— Амир, иди за мной. Я тоже лечу на Чайке Дирхама. Как и часть Фальсин, — кратко объяснил, чтобы не создавать пробку.
С благодарностью кивнув, пристроившись следом. Возле искомого корабля ещё раз пришлось пробиваться сквозь плотную толпу желающих в последний момент получить место на отходящем судне. исчерпавшим другие возможности. Надеясь на чудо. Предлагая вооружённым матросам, оцеплению из солдат, как и нескольким членам рода Фальсин, в прямом смысле огнём, сдерживающих натиск отчаявшихся дари, много чего заманчивого. Да почти всё, что только возможно. Не обращая внимание на трупы, которые уже валялись под их ногами. Здесь были и женщины, и дети, и старики, что никого не волновало. Все были равны, но некоторые ровнее. Корабль ведь отнюдь не резиновый.
Закир, повесив перед собой огненный щит, тараном вклинился в толпу, безжалостно прокладывая путь. По-другому просто не получалось. Вежливых просьб эти дари уже не воспринимали. Почти прошли, но тут услышал сзади стук падающих сумок и чей-то болезненный вскрик. У самой спины. Резко обернувшись, застал картину, как сбросившая свой груз Аюни, жёстко вывернув кисть, ломая её, держала за руку какого-то мужика. Тот умудрился ужом протиснуться между громко ругающихся солдат, оказавшись прямо у меня за спиной. Судя по всему, намеревался схватить меня за плечо, привлекая к себе внимание. Не имея ни оружия, ни злых намерений. Попытку бедолаги яростно на неё накричать, резко дёрнувшись от боли, Аюни приняла за проявление агрессии. Из запястья второй, свободной руки, стремительно выскочило длинное, кристаллическое лезвие полупрозрачного клинка, бритвенной остроты. Авто-кукла, не мешкая, одним молниеносным движением смахнула его голову с плеч. Не став разбираться, чего он хотел.