К тому же я до сих пор чувствовал сильную слабость. Тут уж не до физических нагрузок. Хотелось поскорее где-нибудь примоститься в прохладном тенёчке, просто посидеть, побездельничать. Устал чего-то, хотя вроде бы только недавно встал с постели. Чудеса.

Некоторое время робко державшаяся позади, молчаливая Сами, всё же спросила.

— Господин, вы пришли забрать меня из поместья?

— Да, — ответил спокойно, внутренне радуясь первой попытки контакта.

— Я теперь буду принадлежать вам?

По её бесстрастному голосу не понять, как она к этому относилась. Радовалась, негодовала, возмущалась, или ей всё равно.

— В каком-то роде, — затруднился с ответом.

Снова повисла тишина. Теперь уже не выдержал я.

— Больше ничего не хочешь спросить?

Немного подумав, решила, что да, хочет.

— Как вас зовут, господин? — с лёгкой опаской задала первый вопрос.

— Амир.

— Амир, — промелькнуло сильное удивление, пробившееся сквозь маску апатии. — И всё?

— А что ещё ты хотела услышать? — поощрительно подтолкнул к продолжению разговора.

— Ваше полное родовое имя. Нельзя быть просто Амиром. И всё, — не задумываясь над этим, включилась в разговор, объясняя прописные истины.

— Почему? — на самом деле удивился.

— Потому, что так могут звать только, — чуть запнулась, боясь меня обидеть, — безродных, презренных бродяг. За которыми ничего нет, кроме собственной тени, — явно припомнила чьи-то слова.

Позабыв, про якобы потерю памяти.

— У вас на руке серебряный браслет кундари. Благородного, знатного господина. Вы не можете быть бродягой. А ещё, с вами уважительно говорила мастер кунан Нуррадин, — привела более серьёзный аргумент. — Мне Дайя рассказала. Она бы так себя не вела с обычным Амиром, — убеждённо привела это в качестве неопровержимого доказательства.

Дайя, так понимаю, та женщина, что первой зашла в комнату.

— Что, прямо ни с кем, кроме кундари?

— Если только с шочи, — предположила с лёгкой неуверенностью.

— Шочи, это кто? — уточнил со всё возрастающим интересом.

— Это обращение к дари из круга Справедливых, — не понимая, как можно не знать таких простых вещей. — В книге «Устройство мира первых дари», они стоят выше кунан, но ниже кундари.

Занимательно. Похоже их социальная модель общества для большей устойчивости закреплена в некоем своде законов, на который ссылаться даже дети, не подвергая сомнению. Удивлён, что их учат таким вещам. Да так основательно. Трудно сказать, хорошо это или плохо.

— Полагаю, каждый круг требует своё, особое обращение? И имеет определённую приставку к имени? — попытался угадать, припомнив, что Захир упоминал о Дархан как о Достойных.