— Какие портянки? Только лесные травы и шишки, — просветил меня парень, поставил на стол локти и стал рассказывать: — Я ведь это… в городке жил подле леса. А дед у меня с отцом постоянно в этом лесу грибы собирали, силки ставили да охотились. Ну и меня, как подрос, стали с собой брать. Многому они меня обучили. И вот эта наука мне на ночной тренировке ох как пригодилась. А ты откуда будешь? Местный? Из Велибурга?

— Ага, — кивнул я и следом вздрогнул из-за внезапно раздавшегося стука в дверь.

— Кто это? — с беспокойством выдохнул Пашка, торопливо сграбастав фляжку со стола.

— Васька, — узнал я характерный стук, встал со стула и пошёл открывать.

Хм… а ведь о Ваське я за сегодняшнее утро ни разу и не вспомнил. Даже не подумал: пережил ли он вообще тренировку? Оказывается, пережил.

Я открыл дверь и предсказуемо увидел знакомую загорелую физиономию, которая обзавелась свежим шрамом. Он наискосок пересекал лоб Васьки и терялся в левой брови. Но парня сей факт явно не печалил. На его морде царило радостное выражение. Правда, оно мигом сменилось заинтересованной миной, когда Васька почувствовал идущий от меня запах.

Крепыш сощурил синие глаза, ноздрями шумно втянул воздух и уверенно выдал:

— Самогон. Крепкий. На шишках и травах.

— А ты эксперт… — восхищённо покрутил я головой и посторонился. — Заходи. Третьим будешь.

Он кивнул, вошёл и тотчас удивлённо выдал, увидев Пашку:

— А ты тут что делаешь?

— Это долгая история, — ответил я за громилу и закрыл дверь. — На тренировке нам пришлось действовать сообща. Тебе стакан доставать?

— Спрашиваешь, — фыркнул Васька, усаживаясь на мой стул. — Конечно.

Я усмехнулся и поставил на стол ещё одну тару. После этого мы все втроём выпили, закусили, а потом стали в красках делиться подробностями ночной тренировки.

Васька первым рассказал о своих метаниях по ночному лесу. Так я узнал, что его лоб располосовал слепыш, а сам он завалил волколака и еле-еле добрался до руин.

— Похоже, преподаватели специально где-то наловили слепышей, а затем через порталы отправили их на «полигон», где проходила тренировка, — подытожил я рассказ Васьки и принялся излагать свои приключения.

Конечно, мне пришлось утаить то, что я нёс Грету на руках. И, слава богу, Пашка, действительно, сдержал слово и никак не выказал того, что я немного покривил душой.

Верзила молча выслушал мою практически рыцарскую сагу, а затем стал рассказывать о своих ночных мытарствах: как он бегал по лесу, как дрался с волками и запутывал следы. И по ходу своего скупого на подробности рассказа парень выложил на стол портсигар с папиросами. Но курили они с Васькой, стоя у открытого окна.