Не успели мы опомниться, как Йенс Леманн руками далеко выбрасывает мяч на Боровски. И Тим начинает стремительную атаку по левому флангу. Семаку ничего другого не оставалось, как, ценою жёлтой карточки, фолить на немце. Как по мне, он в этом эпизоде поступил правильно. Это нарушение правил было вынужденным. Теперь по карточкам у нас ничья. Одна у Семака, другая у Метцельдера.
Последующие двадцать минут каждая из команд стремилась забить гол. У немцев было два голевых момента, а у нас всего один. Но меня обрадовало то, что у ребят абсолютно не было страха перед соперником. Мы уверенно шли вперёд, не забывая про оборону своих ворот.
Во время одной из пауз в игре, обратил внимание на трибуну, где в окружении русских болельщиков находились четверо африканцев, одетых в тельняшки и будёновки с большими красными звёздами. Причём эти «афрорусские» болельщики при этом ещё и неистово размахивали российским флагом и шарфами. Я по достоинству оценил их поддержку, подняв вверх большой палец правой руки. В ответ получил своё фирменное празднование гола. Двое ребят, выставив руки вперёд, начали расстреливать невидимого противника. Всё понятно, это поклонники моей игры за «Валенсию». Ведь, таким образом я праздную голы только в играх за свой клуб.
На тридцать пятой минуте мы заработали угловой удар с правого флажка. Это был мой «стандарт» и я пошёл поддавать с угла поля. После свистка арбитра навешиваю на дальнюю штангу, но в игру тут же вступает Леманн и кулаком выбивает мяч за линию штрафной. Первым на подборе оказался Себастьян Кель, который, не думая, тут же сделал прострел на убегающего Клозе. Кель был неточен в пасе и мяч, вроде как, перехватывал Игнашевич. Однако у Сергея мяч совершенно по-глупому срезался с ноги и улетел в сторону немецкого нападающего. Мирослав, наверное, в этот момент мысленно поблагодарил нашего защитника со всеми Богами и, обработав мяч, стал смещаться в сторону наших ворот.
Клозе вошёл в штрафную, обыграв Евсеева, прокинул мяч вправо и ударил низом в створ ворот. Акинфеев в прыжке задевает мяч выставленной ногой, но «шарик» всё равно летит в ворота. Выручил команду Игнашевич, который в падении выбивает мяч почти с линии ворот, опережая на долю секунды Лукаса Подольски. Евсеев подхватывает мяч и не заморачиваясь выбивает его на чужую половину поля. Всё это время, пока шла атака, я нёсся к своим воротам и мысленно молил всех известных мне богов, чтобы нам не забили гол. И, видимо, кто-то меня услышал, оставив наши ворота в неприкосновенности.
Дальше немцы сфолили на Кержакове, ударив его локтем в шею. Пока медицинская бригада оказывала помощь Сане, Юрий Павлович раздавал указания нашему капитану. Что меня сильно удивило, так это реакция нашего главного тренера. Я думал, что он начнёт вставлять нам пиндюлей за этот провал, но он был настолько спокоен, будто находился в гостиной собственной квартиры. Стоя рядом с ними, я пил воду, и ни разу не услышал от Сёмина матерного слова. А в конце указаний главный тренер повернулся в мою сторону и подмигнул мне. Улыбнувшись, я кивнул, бросил недопитую бутылку на газон и побежал на свою позицию.