Эштон вывел машину на дорогу. Редкие прохожие при виде них расходились, но особого внимания на машину не обращали. Будто привыкли.

Дорога к кафе заняла минут десять и за это время они проехали весь городок насквозь. Меланья смотрела на ряды улиц и только теперь поняла, что Листовка действительно стремительно растёт. Если в центре городка дома были в основном старые, то на окраине три улицы были из новых одинаковых домов. Значит, тут строят не только дома, а и целые улицы! Поразительно!

— Мы думаем, не закрыть ли свободный въезд. — Вздохнул Эштон. — Столько людей приезжает… Иногда не знаешь, за что хвататься, столько дел наваливается. В особо сложные времена хочется отсюда просто сбежать. — Он хмыкнул. — Но это же мой родной город. И бросить не могу и везде успеть тоже не могу. Городской совет ломает себе голову, но тоже ничего предложить не может. В смысле, из того, что сработает. Только работать больше.

— Закрыть свободный въезд? — Повторила Меланья. — Значит, мне повезло успеть сюда приехать. Значит, кому-то не повезет.

— Пока тянем. — Он крутанул руль и машина резко завернула за угол и остановилась у сплошной кирпичной стены. — Мне это тоже не нравится. Проблема в том, что наша идея разрослась так далеко, что перестала быть нашей. А терять над своим любимым детищем контроль, отпускать его в свободное плавание очень сложно.

Меланья улыбнулась. Он с таким сожалением говорил о проекте, будто тот действительно был его ребенком, живым человеком. Интересно, у него есть дети? И может, жена?

Улыбка невольно сползла с её губ. Почему Меланья не подумала, что у Эштона может быть семья? Или просто любимая женщина? Он не юный, ему под тридцать. Он такой интересный и привлекательный. Сильный и умный. Он как столб, который держит крышу. «На столбах держится весь мир». Эта фраза была написана на входе малой арены в запрещёнке. Меланью она никогда не трогала, но прямо сейчас фраза приобрела глубокий смысл, которого в ней не было видно раньше.

Неважно, есть у него жена или нет. Меланья всё равно будет считать его крутым.

— Вот и они. — Эштон посмотрел мимо нее.

Почти сразу к машине подошли двое мужчин. Увидели на переднем сидении Меланью, кивнули и спокойно уселись на заднее. Наверное, занятое переднее сиденье для них было в порядке вещей. Значит, Эштон часто кого-то тут возит.

— Меланья, знакомься. Это Велимир, это Крокус. Ребята, это Меланья, наш выездной секретарь.

— Раз познакомиться. — Коротко сказал Велимир, который оказался серьезным и хмурым мужчиной с поджатыми губами и небольшим шрамом на лбу.