— Скажу, что ты полная дура, раз мыслишь такими тупыми категориями, — сухо произнес Марат, расслабленно развалившись в кресле. — Давай я теперь скажу все, что думаю по этому поводу. Мать нужна ребенку до того, как он становится взрослым. Именно тогда она важна для него. Именно ребёнком я хотел и мечтал о том, что когда-нибудь «моя любимая маман» вспомнит обо мне. Стыдно вспоминать, но я даже, представьте себе, плакал в детстве. Сейчас же я прекрасно понимаю, что это глупые детские мечтания. Сейчас я взрослый и вполне состоявшийся мужик. Мне ваши стенания и сопли нафиг не нужны. Вот ты, — Марат обвинительно ткнул пальцем в сторону Алены, — думаешь, что есть шанс все исправить? А я тебе отвечу. Нет такого шанса. Нет, и не будет. Есть ошибки, которые невозможно исправить. Такие, где не дают «второго шанса». Их нельзя простить и уж тем более забыть. Легко быть искренней, когда твой сын вырос, намного сложнее стать такой же, когда он еще мал и требует не только внимания, но и каждодневного труда. Как говорится, мать не та кто родила, а та кто воспитала.
— Ясно, — произнесла Алёна дрожащим голосом. — Видимо, нам действительно стоит уйти…
— Нет, подожди, — тут же схватила Лиза за руку подругу, которая уже собиралась вставать. — Ты что, так просто сдашься? После всего, что было? — она вновь обернулась к Марату. — Ты сейчас говоришь, как обиженный ребенок, и наверно даже имеешь на это право… Однако, как ты сам и сказал, многое изменилось. Мы сейчас не в старом мире, и ты уже не ребёнок, а мужчина. Так может стоит оставить все обиды в том мире, и начать с чистого листа? Алёна ведь не пытается повернуть время вспять, понимает, что уже не сможет стать для тебя полноценной матерью… Поэтому ты можешь принять её не как мать, а для начала как друга. В вас течёт одна кровь, уверена, вам будет интересно общаться даже на тему всяких ежедневных мелочей. Так почему ты не хочешь дать ей маленький шанс? Не будь настолько категоричным, почему нельзя хотя бы просто попробовать?
— Дать ей хоть какой-то шанс? — изобразив задумчивость, произнес Марат, после чего весело улыбнувшись и подмигнув, произнес. — Да легко. Как ты сама сказала, здесь все можно начать с чистого листа. Так вот, пусть и станет матерью с чистого листа. Родит ребенка, воспитает и потом, когда он вырастет, пусть приходит снова в гости. А я уже сам у него спрошу, гордится ли он своей матерью или нет. Если он ответит «да», то значит она достойна еще одного шанса, а если нет, то и спроса нет. Разве не так?
— Какой же ты всё-таки грубиян! — не выдержала наконец Лиза, тем не менее, помня об Алёне, она всё ещё сдерживала себя от откровенных оскорблений и матов. — Теперь я понимаю, почему Лёша так не хотел с тобой встречаться! Да с тобой ведь просто невозможно нормально говорить…