Туда же можно было добавить и то, что полученные в медитациях знания были достаточно практичными.

В некотором роде это были “кубики”, из которых при желании можно было что-то собрать.

В ритуале, что был проведен над владельцем сферы необычного ранга, Влад соединил всего лишь две отдельных цепочки рун.

Первая из них вытягивала кровь и жизненную силу из жертвы, а вторая её концентрировала в камне.

Рудин до последнего считал, что ничего не получится и транслируемые ему в мозг картины, лишь бред его воспаленного мозга.

Но всё сработало. Да ещё как!

Теперь же Влад разрывался от всех тех возможных комбинаций рун, которые он мог сложить. Да, имеющих рун было не так много, но даже того, что имелось, было более чем достаточно.

Единственное, что его останавливало, это смертельная опасность неправильного сочетания мистических знаков и конечное количество крови.

Так как на ближайшую пару дней, пока Морозов не поправится, они будут сидеть в квартире, то кровь он нигде больше не пополнит.

После некоторых сомнений Влад остановился на довольно любопытном ритуале.

Так как, жуткие силы, дающие ему знания, не озаботились названием предоставленных ритуалов и рун, то мужчине пришлось называть их самому.

И если с первым ритуалом всё было просто: “Создание кровавого камня”, то второй ритуал он решил назвать поэтичнее и без использования слова “кровь”.

— Что-ж, начнем ритуал “Плоть и вино”. — чуть беспокоясь, Рудин принялся выцарапывать гвоздем на одной из кухонных тарелок новую цепочку знаков. Благо, их хотя бы было немного.

Наконец последний знак занял своё место и, подняв небольшую кастрюльку, Владислав зачерпнул из одного из тазиков щедрую порцию крови.

Теперь дело оставалось за малым.

Чем сложнее ритуал, тем тяжелее проводившему его настроиться на нужный результат. Именно для этого существовали всякие слова.

Тем не менее, познакомившись с мистической стороной мира, Влад как никто другой понимал, что старые, много раз произнесенные слова имеют свою, особую силу.

И у него как раз были такие слова.

Начиная заполнять тарелку кровью из кастрюльки, Рудин мысленно и торжественно читал речитатив: “Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день. Ибо Плоть Моя истинно есть пища, и Кровь Моя истинно есть питие”.

Заполненная тарелка с кровью осветилась изнутри вспыхнувшими рунами, после чего потухла. А Влад почувствовал, как значительную часть его магического резерва как ветром сдуло.

Вот магия есть, а вот он чувствует лишь пустоту.

Не хотелось даже думать, чтобы было, если ему не хватило бы магии.