Вот только на этом его нормальность заканчивалась и начались странности.

Во-первых, епископ был гладко выбрит, хотя Влад был уверен, что наличие бороды обязательно среди православных иерархов.

Но куда больше вопросов вызывал наряд. Это была странная смесь из золотой палицы, военных штанов, берцов и надетой поверх всего этого красной епитрахили.

Позади епископа шел десяток внимательно слушавших его послушников, каждый из которых был вооружен до зубов.

Но священник отнюдь не закончил свою речь и она лишь набирала обороты.

— В эти трудные времена, мы, люди, должны обрушить на проклятых тварей, оскверняющих наш любимый город, всю свою ярость и весь свой гнев! И в этом нам поможет Евангелие от Матвея 5,45: да будете сынами Отца вашего Небесного, ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных!

С каждым произнесенным словом епископа его фигуру все сильнее окутывал мистический золотой свет, расходящийся на весь коридор и вытекающий наружу.

Больше всего досталось стоявшим возле него людям. Их глаза тоже вспыхнули тем же свечением.

Часть энергии втекла и в напараников, даровав им ощущение чистой силы и могущества.

— И не стоит бояться этого пути, братья мои. Ведь как сказано в екклесиасте 12,7: возвратится прах в землю, чем он и был; а дух возвратится к Богу, Который дал его. Смерти нет, братья мои, есть лишь путь к богу!

Дослушав невольную проповедь до конца окружающие с энтузиазмом начали хлопать, от чего смотревшие на это напарники словили “синий экран”.

И глядя в лучащиеся магическим светом глаза епископа, Рудин с пугающей четкостью осознал, что этот человек имеет к церкви столько же отношения, сколько и он сам.

Проще говоря, прямо перед ними просто один из могущественных безумцев сфер, который, скорее всего, убил священников и посчитал себя одним из них.

Не улучшал ситуацию и выбор цитат.

Рудин очень сомневался, что цитаты 5,45 и 12,7, соответствующие таким же калибрам патронов, были выбраны случайно.

“Что следующее? Помолиться святой термобарической гранате и пусковой установке, что её выпускает? Как там говорилось? Имя своё изреки, разносчик смерти. Ты даруешь мне жизнь и смерть врагу?”

Однако выбора не было. Они обязаны были подружиться с этим психом.

— Мы многое слышали о вас… — Влад сделал паузу.

— Отец Василий. — благосклонно подсказал “епископ”.

— Отец Василий, — закончил Влад. — Позвольте представить вам моих друзей. Сергей Васильевич Некрасов и Глеб Игоревич Морозов. Ну и я сам, Владислав Иванович Рудин.

— Очень приятно познакомиться, — голос у “священника” был глубокий и идущий словно из бочки. — Всех не буду представлять, но вот сопровождавшего вас, старшего брата, Аристарха, я все же представлю.