Стрелок же из него был такой себе.

И когда черные когти немертвого почти впились в спину бегущего последним уже немолодого мужчины с красным от напряжения лицом и безысходностью в глазах, нечто полупрозрачное с такой силой вошло в лицо развитому немертвому, что тело зомби практически сделало заднее сальто.

Второй развитый, заметив подозрительное дрожание воздуха, замер, пытаясь разглядеть противника, но так и лёг обратно на асфальт, когда невидимый противник вбил тяжелый молот ему в голову.

Весь размен не занял и трех секунд.

Видимо, на этом запас энергии нового мага показал дно, так как с него тут же слетела маскировка.

Однако его подвига было достаточно, чтобы все они успели добежать и подняться по баррикадам.

Надо ли говорить, что поднявшегося следом за ними Невидимку встречали, как истинного героя? Храбрый поступок владельца сферы не оставил равнодушным никого.

Выйти один на один с двумя развитыми скоростного типа с одним лишь молотом — это надо было иметь стальные нервы.

Даже епископ благосклонно перекрестил отчаянного малого, чем вызвал у того лихую улыбку.

А вот бегущим следом развитым мертвецам повезло уже не так хорошо.

Три прозвучавших друг за другом шипящих щелчка и три головы немертвых превращаются в головешки под точными выстрелами скучающего Аристарха.

Рудин передернулся, глядя на такую пугающую и беспощадную эффективность.

Магия помощника епископа была идеально приспособлена для убийства.

Никаких лишних движений, пауз или действий. Взмах руки и дымящиеся тела валятся на грязный асфальт.

Рудин мысленно решил, что если они переживут сегодняшний день, то ему надо бы придумать способ борьбы против столь опасного типа магии.

Скоро их ждёт война против рода Воронцовых и вдруг там окажется ещё один электромаг?

— Стрелки! — зычный голос епископа разнесся по всей оборонительной линии, привлекая к его обладателю всеобщее внимание. — Как сказано в книге Бытия: “Проклят гнев их, ибо жесток, и ярость их, ибо свирепа!» Так давайте же покажем им, что не испытываем мы к ним ненависти, но кара наша священна и богоугодна!

— Да-а-а! — эмоционально поддержали речь отца Василия бойцы.

В этот момент весь горизонт Большой Академической начал стремительно заполняться черными тенями. Но хуже всего было от того, что эти тени приближались быстро. Слишком быстро, чтобы быть обычными мертвецами.

Рудин чувствовал как кровь всё быстрее и быстрее бежит по венам. Пламенные слова священника словно что-то зажигали внутрь него.

Посмотрев вправо и влево Владислав убедился, что не он один в предвкушении будущего боя.