Скорость вражеского потока была настолько высока, что уже через полминуты чёрная лавина влетала в первые ряды моих легионеров, накрывая их с головой.

Начался бой, в котором мои легионеры явно пасовали перед морем насекомых, в котором они тонули пожираемые тварями властителя хаоса.

Мана дрожала и медленно, но верно начинала идти на убыль, а внизу разворачивалась неравная битва.

Мои солдаты щедро использовали свои умения на полную катушку, оставляя будто бы проплешины на чёрном ковре, который покрыл все пространство этого безжизненного поля.

От ударов моих воинов насекомые разлетались в разные стороны, но при этом и сами тонули в их нескончаемом потоке, будучи облепленные ими с ног до головы.

Я же смотря с высоты птичьего полёта на это ужасное зрелище, понял, как сильно я ошибался в силе этого вестника хаоса. Ведь чем меньше враг, тем сложнее по нему попасть или обезвредить.

Кружа словно стервятник, над полем боя, я наконец-то нашёл что искал. У самого входа в каньон стояла скрюченная фигура человека в накидке, а вокруг него роилось огромное количество насекомых.

Как только я увидел властителя хаоса, то устремился в его сторону, пролетая над полем боя, где творилось просто безумие, в котором мои легионеры то и дело гибли под натиском мелких, но смертоносных насекомых.

Будучи высоко в небе, я за считанные секунды преодолел всё расстояние до своей цели, и спикировал вниз на своего врага.

Словно метеор я пронёсся вниз, видя как насекомые, будто единый организм окружили непроницаемой стеной своего властителя.

За секунду до моего столкновения с живым щитом врага, я применил навык Мощь хищника, после чего мои ноги влетели во врага.

С ударом разрывного снаряда я разнёс на своём пути живой щит, поднимая при этом буквально взрывную волну, которая разметала насекомых во все стороны, а также скрывающегося за ней властителя хаоса, которого снесло в ближайший к нему склон.

Я же, не желая упускать инициативу, призвал кинжалы и сорвался с места, за долю секунды сокращая расстояние с властителем насекомых.

Клинки со свитом разрезали воздух и должны были вот-вот утонуть в груди моего врага. Но на их пути из недр мешковатой накидки властителя встали паучьи лапы, покрытые сверкающими хитиновыми платинами.

Лезвия моего оружия с глухим гулом ударили об них, высекая чуть заметные искры, а мне пришлось уклоняться, так как звериное чутьё взвыло об опасности.

Сделав быстрый уход в сторону, я только на мгновенье разминулся с огромной струёй паутины, которая вылетела из недр капюшона, а на меня уже в атаке устремились четыре паучьи лапы, которые я отбил кинжалами, но при этом отступил на пару шагов назад, после чего вновь рванул в атаку.