Отбив наотмашь его руку со скрюченными, словно как когтистая лапа пальцами, я не стал сражаться с ним как раньше, ведь это не принесло результатов, а нанёс ему мощнейший удар голенью по его ногам.

Враг пошатнулся, только чудом удерживая равновесие, а я, схватив его руку, вывернул её на излом, склоняя его пополам, но вместо ломания конечности, в моей ударной руке появился кинжал дракона, который я со всего маху воткнул монстру промеж лопаток.

Клинок вошёл в тело упыря по самую рукоять, а я, выпустив его из рук, схватил его за шиворот, и провёл бросок с удержанием руки, которую и сломал ударом колена в локтевой сгиб.

Издав ужасающий крик боли, монстр неизвестного мне ранга, словно змея вывернулся всем телом и, отпихнул меня на пару метров ударом ног.

Отшатнувшись от довольно мощного удара, я увидел как босс подземелья, вскочив на ноги, и практически с четверенек понёсся на меня, распахивая клыкастую пасть.

Я же отвёл назад одну ногу стоя на месте, и как только упырь был в метре от меня, нанёс отточенным движением восходящий удар коленом прямо в подбородок монстра, а мои руки, схватив его за отвороты его одежды, не дали ему отлететь от меня.

Раздался хруст костей, а я словно как когда-то стал наносить удар за ударом коленями по лицу и груди непонимающего ничего монстра.

После очередного удара, в моей руке появились клинки, и я всадил их в спину врагу, после чего вновь устроил ему клинч, после которого мощным ударом с разворота откинул его назад.

Отлетев от меня, хозяин упырей проехался на спине по разбитому асфальту, а я заорал:

— Давай!

Мои слова ещё разносились по улице, а сверху на босса подземелья обрушилась толстенная коронная молния шамана, ударяя точно в его грудь.

Белая вспышка поглотила тело исчадие подземелья, я же сорвавшись с места, понёсся к нему, а в моих руках вновь были два клинка.

Враг всё ещё был на земле, когда я обрушился на него ногами с прыжка, вминая и так вмятое от молнии тело босса подземелья в землю.

Под хрипы и булькающее шипение, я насел на упыря и, прижав его руки коленями, вогнал клинок дракона точно в его сердце, а второй, в горло, чувствуя, как острие кинжала вошёл от силы удара в позвоночный столб.

Тело твари выгнулось дугой, а я, выдернув кинжал дракона из груди врага, ловким ударом вогнал его лезвие под подбородок этой живучей твари.

Раздался громкий щебечущий треск электрического разряда, после чего мой враг затрясся, и обмяк, а я почувствовал уже знакомое мне ощущение призыва легионера.

Мои клинки таяли из тела поверженного монстра, когда я вставал с поверженного врага, смотря на упущенную из-за сражения с лютым врагом обстановку боя.