Скажи. Как мне защищать тех, кто радовался тому, что один больной ублюдок взорвал себя в офисе моего клана. Пусть другие этим занимаются. Так что, не скупись на выражения, если придётся. Так мне будет легче покинуть это место.

— Хён, — сжала мои плечи Лис, и хотела было ещё что-то сказать, как за дверью послышались шаги, от чего она отстранилась, а я встал с кровати.

Дверь беззвучно медленно открылась, и на её пороге стояли члены клана Золотой меч.

Деловитые мужчины, которым уже было давно за сорок лет, были при параде. Чёрные костюмы. Накрахмаленные воротники, и галстуки, затянутые под самое горло.

Увидев меня в палате своего самого ценного кадра, они слегка поменялись в лице.

— Рад, что ты выписываешься. — Произнёс я на их взгляды, обращаясь к Лис. — Я пойду. Не буду вас отвлекать. До свидания. — Обратился я уже к мужчинам, начиная путь на выход из палаты.

Главы клана же напротив стали продвигаться к кровати, и когда я выходил за дверь, то Лис уже не было видно за одинаковыми чёрными спинами мужчин в костюмах.

Забрав Юн из больницы, я довёз её до дома, после чего поехал в федерацию, дабы поставить пока точку на существовании клана Фатум на территории Кореи.

Надо было видеть лицо Дэрека Бо, когда я лично вручил ему бумагу о прекращении деятельности клана. Мужчина словно уж на сковороде вился вокруг меня, всячески стараясь отговорить меня это делать.

Однако под моим усталым холодным взглядом всё же отступил и принял заявление, а также бумаги о моём праве вести дела клана, как единственного оставшегося в дееспособности его члена, и заместителя Тиен.

Несколько часов ушло на все поставленные мной вопросы перед федерацией Арканов, после чего уже завтра все документы вступят в силу, а причитающиеся нам денежные средства на мой счёт. И тогда меня уже ничего не будет связывать ни с федерацией, ни с этим городом.

Когда я покинул центральное здание Арканов Сеула, то на часах было уже практически семь вечера. Уже, наверное, сейчас Лис выступит перед журналистами, а её клан завтра станет единственным гегемоном этого гнилого городишки, да и страны в целом.

Идя к машине, которая принадлежала Юн, я нажал на брелок сигнализации, и в это время у меня зазвонил телефон, а на экране высветилось имя хозяйки машины.

— Да. — Улыбнулся я сам того не понимая, отвечая на звонок.

— Хён, ты наверное не в курсе. Кто-то из врачей слил новости о том, что мы спрашивали о перевозе Ти и Эри в другое место. Интернет заполонили новости, что ты хочешь сбежать из страны. Я, в общем, не выдержала и записала видео. Я на нервах была. В общем, я заявила видео, и сказала, что нет смысла защищать тех, кто тебя ненавидят. Пусть теперь они сами себя защищают, или учатся бегать. Ты сильно злишься?