— Это лучшая похвала для дизайнера, — усмехаюсь я, откровенно флиртуя с Русланом.

— Есть у меня на примете ещё один объект. Хотелось бы снова поработать с вами, Агния! Контакты у меня есть, — он незаметно подмигивает. — Рад был вас встретить сегодня. Хорошего вечера!

Руслан напоследок широко улыбается, обнажая ровные белоснежные зубы, после чего возвращается за стол к своим родственникам. Я плюхаюсь на стул, игнорируя нервозность Даниила. Он взбешён, он ревнует. Именно это я и хотела увидеть, флиртуя со своим клиентом. Воскресенский, конечно, изредка проявляет свои эмоции, но мне хочется большего. Если он рассчитывает заполучить нас с Кирой, ему придётся стать более открытым.

— Здесь готовят просто бесподобно, — я отправляю в рот кусочек рыбы. — Максим, Кира, хотите попробовать?

Дети поочерёдно кивают, после чего с аппетитом пробуют блюдо. Я искоса поглядываю на Даниила. Он напряжён, но старается не демонстрировать детям своё настроение, чем вызывает у меня восхищение.

Вечер заканчивается переполненными животами и сонными ребятишками, которых по приезде домой мы укладываем спать. Вернее, укладывать их не приходится, остаётся только снять одежду и положить в постель.

— Вот что значит день, наполненный радостными событиями и приятным времяпрепровождением. Вырубились ещё в машине, хотя Макса вообще трудно рано уложить спать. — Я присаживаюсь напротив Даниила в его кабинете и запрокидываю голову, устало потягиваясь.

— Времяпрепровождение действительно было приятным, до тех пор пока не появился этот женственный мачо, — грубо выдает Даниил.

Встречаюсь с тёмными глазами Воскресенского. Он пребывает в бешенстве, а меня до колик в животе забавляет эта ситуация. Я поднимаюсь со своего места, не теряя зрительного контакта с ним, и обхожу письменный стол, устраивая свою пятую точку на деревянную поверхность.

— Даниил Воскресенский ревнует? — Я провожу указательным пальцем по его двухдневной щетине. — Никогда бы не подумала.

— Ты договоришься, Агги, — рычит он, перехватывая моё запястье.

— Ты нравишься мне таким, — шёпотом говорю я, и, кажется, именно эта фраза срывает у Воскресенского все тормоза.

Сводящий с ума поцелуй не заставляет себя ждать. Даниил едва сдерживается, чтобы не разорвать одежду, которая так мешает ему пробраться к нежной коже. Необузданная страсть граничит с щемящей нежностью, и это именно те ощущения, что нам двоим так необходимы. Я будто проваливаюсь в нечто новое, неизведанное, ведь чувства, испытываемые сейчас, кардинально отличаются от чувств пятилетней давности. Но самое завораживающее и в то же время пугающее, что омут под названием Даниил затягивает меня всё сильнее, заставляя погружаться в бездну наслаждения и… любви.