— Спит без задних ног. — Я возвращаюсь в гостиную и застаю почти спящего Даниила. Его голова запрокинута на спинку дивана, а руки мирно лежат на декоративной подушке.

— Классный денёк получился, — тихо замечает он, открывая глаза. — Агния, я хотел забронировать номер в одной из близлежащих гостиниц, но по какой-то причине все они переполнены. Могу я остаться у тебя?

— Воскресенский, кажется, твоя наглость зашкаливает до критической отметки, — я развожу руками, усмехаясь. — Ладно, время позднее, а идти тебе всё равно некуда. Будешь спать на этом диване. Да и Кира обрадуется, увидев тебя утром.

— Спасибо. — В его глазах читается благодарность.

— Чай с тирамису будешь? — интересуюсь я.

— Да, но сначала я бы хотел принять душ. — Он медленно поднимается с дивана и бредёт в ванную комнату.

— Чистые полотенца в здесь. — Я открываю шкаф, демонстрируя наличие полотенец, после чего впечатываюсь в стальную грудь Воскресенского. — Жду тебя в кухне.

Я быстро выбегаю из маленького душного помещения, глотая потерянный кислород. Даниил выглядит слишком уставшим, вероятно, он почти не спал этой ночью. Но, несмотря на это, целый день провёл с ребёнком. А зная, какой может быть моя дочурка, я готова отдать должное Воскресенскому, что он выдержал целый день её хотелок.

— Теперь я чувствую себя человеком, — улыбаясь, произносит Даня. На нём домашние брюки и белая слегка помятая футболка.

— Рада помочь. Садись пить чай, — говорю я, ставя перед ним большую кружку с чаем.

— Насчёт последней встречи, Аг-ги, — начинает Даниил, когда я присаживаюсь на соседний стул.

— Этого не повторится, Даниил. Я поддалась секундному порыву, — спокойно произношу я, отправляя кусочек тирамису себе в рот. — Ты застал меня врасплох, и сработал эффект неожиданности. На этом я бы хотела закрыть эту тему.

— И никаких чувств? — цинично интересуется Воскресенский.

— Что⁈ — Я едва не давлюсь чаем. — Даниил Воскресенский заговорил о чувствах, — усмехаюсь. — Я думала, что, кроме своих, тебя больше ничьи не беспокоят.

— Это не так, Агния, — тяжело вздыхает он, разглядывая цветущую орхидею в горшке. Будто погружается в воспоминания, потому что маска цинизма на его лице сменяется грустной задумчивостью. — Далеко не так.

— У меня есть причины так говорить, Даниил, — я пожимаю плечами, наливая горячую воду в кружку с заваркой. — Не забывай, я была замужем за тобой. Кстати говоря, как ты жил все эти годы? Вижу, в разы приумножил свой капитал. И красавицей-женой обзавёлся, ребёнок скоро будет. Вот и получил всё, чего хотел, — выпаливаю на одном дыхании.