— Погоди. Ты могла бы попробовать мне еще кое в чем помочь. Ты сама-то в этом клубе новом состоишь?

— Нет… Родители говорят, что нельзя, ведь никто из вассальных семей рода Громовых еще не вступал. Но я тайком ходила посмотреть несколько раз. Мне кажется, что там здорово! Вы ведь сами были в КСТ, правда, говорят, что ушли?..

— У меня возникла непростая ситуация. Так что будет здорово, если ты сможешь туда вступить вместо меня. Если что, скажешь что это моя личная просьба, мне нужны там глаза и уши, чтобы выведать их секрет!

— Про Хакуну Матату⁈

Боже, дай мне сил не засмеяться! Девочка с таким восторгом заговорчески шептала об этом «секрете», что даже становилось неловко. Но больше все-таки смешно.

— Про нее самую. Твое задание: вступи в клуб, постарайся не выделяться, тренируйся вместе со всеми, а заодно, при возможности, попробуй выведать эту тайну. Даже если это займет полгода, даже если год — это того стоит! Справишься?

— Я буду очень стараться! — заверила меня девочка.

— Отлично, тогда беги. Спасибо за твою помощь!

Я уже окончательно вышел из образа самой Оли, но маленькая «торопыга» этого совсем не заметила. Что ж, хотя бы поднял себе настроение. И раздобыл ужин на двоих!

* * *

Мне удалось добраться до входа в подземелье без происшествий. Всю свою ношу я прятал под одеялами. И лишь одного человека мне действительно стоило избегать — завхоза. Уж она бы точно не оставила без внимания девушку, которая собралась куда-то со своими одеялами…

Но, с небольшой помощью сигнальной магии, я смог подобрать удачный момент и проскользнул мимо каморки Марии Анатольевны.

В самом подземелье я первым делом сходил за кристаллами. Один я сразу зарядил и вставил в основание волшебного деревца, после чего вновь закрыл его ледяным куполом, чтобы одеяло не обломало хрупкие листочки. А еще парочку кристаллов заряжал по пути к моей пленнице, намереваясь зажечь остальные световые столбы хотя бы дней на десять…

Я не удержался от того, чтобы подкрасться ко входу в Олину темницу и осторожно заглянуть. Девушка сидела почти на том же месте, обхватив руками колени и опустив голову. К фруктам она ожидаемо даже не притронулась.

Но едва я зашел, как она тут же встрепенулась.

Оля определенно чувствовала себя неважно. Прежние злость и обида на ее лице были уже не столь заметны, а вот удивление проступило довольно явно, как только она разглядела, что я иду с какой-то ношей, весьма похожей на одеяло…

А еще еда!

Девушка жадно вдыхала запах принесенного мной ужина, который я разогрел с помощью простенького нестихийного заклинания. До сих пор мы с ней сохраняли молчание. Из принципа я не хотел больше извиняться. По крайней мере на словах. Лучше уж делом.