Я демонстративно развернулся и пошел по своим делам, а майор остался стоять красный как буряк, беззвучно открывая рот. Пускай у меня некомплект танкистов, но такие вояки, как этот майор быстро всё сольют в унитаз, а потому шел бы он лесом куда подальше в пеший эротический маршрут. Разбирательств я не боялся, техника была брошена в полностью исправном состоянии, караул возле неё не оставлен и в случае разбирательства в любой вышестоящей инстанции отгребёт как раз майор, а не я.

Придется мне снова тасовать людей. Беседуя со своим интендантом, видел как этот майор, сжимая от злости кулаки, смотрел в мою сторону. Самое главное, что он был неправ, бросив исправные танки, пускай и без топлива, Кондратьев как бы отказался от них, а ведь он даже их не уничтожил. Просто посадил их экипажи в грузовики и поехал дальше, а я их подобрал и теперь дойди это дело до разбирательства, то ему будет грозить трибунал.

* * *

Тем временем майор развернулся и пошел в расположение своего подразделения мимо бойцов головного дозора, которые и обнаружили его людей.

— Что товарищ майор, не договорились? Всё равно не расстраивайтесь, по крайней мере ваши яйца остались при вас. — К злому и обескураженному майору обратился политрук, который был в составе отряда этого странного ни то капитана, ни то инженера.

— А мои яйца тут причем товарищ младший политрук? — В крайней степени удивления произннес майор.

— Всё очень просто, он вам их просто не отрезал.

— … ? — Майор недоуменно смотрел на политрука, а тот продолжил своё разъяснение.

— Наш командир довольно странный и очень жестокий человек, правда воевать он умеет, этого у него не отнять и тащит под себя всё, до чего только может дотянуться и в состоянии утащить.

— Но причем тут яйца⁈

— Вчера он собственноручно оскопил десяток немцев, которые изнасиловали и убили наших медсестер, а перед этим приказал посадить на кол захваченного немецкого летчика, который расстрелял мирных беженцев. Вот так у нас девки пляшут. Так что вы легко отделались.

— Да кто он такой этот ваш Волков, черт бы его побрал?

— Не знаю, мы сами к нему несколько дней как прибились, единственное что нам известно, это только то, что он эвакуирует новую секретную технику в тыл.

— А какую технику?

— Два танка и самоходная установка, еще пара бронетранспортёров и грузовики. Правда его танки это что-то, будь они у нас в достаточном количестве, то это мы сейчас гнали бы немцев, а не они нас.

На этом их разговор закончился, политрук ушел, а Кондратьев остался обдумывать услышанное.

Его положение сейчас было не завидным, брошенные им танки ему не забудут, и если раньше ещё можно было это скрыть, то теперь точно выплывет наружу, ведь его танкисты тоже узнали свои машины, а там обязательно кто-либо проболтается, а то и специально донесёт.