Но всё же дистанция позволяла мне закинуть свою способность за каменную преграду, которая мешала нам увидеть все провода. Прикрыв глаза, я словно раскинул своё восприятие по всему пространству вокруг. Я чувствовал всё, что заполняло пространство, каждый атом, каждое гравитационное возмущение. Странное чувство, оно сейчас, после открытия первого уровня зерна, преследовало меня постоянно. Уже привык, но всё равно как-то не по себе.

Направив своё восприятие в ту расщелину, где скрывались все конструкции, я неожиданно для себя обнаружил, что это часть от остова разбившегося корабля. Хвостовое отделение. А это, возможно, был экипаж, что пытался отстреливаться от нас.

— Знаешь какие-нибудь фразы, позывные или ещё что-нибудь, что поможет утихомирить тех снайперов? — открыл я глаза и направил свой взор на Молнию.

— А зачем тебе это? — довольно напряжённо спросила она.

— Кажется, это члены экипажа, — снова выглянул я из-за угла. — Мало кто может по нам стрелять. Они нас не слышат на своих частотах, мы их не слышим на своих. У меня есть рация, осталась после битвы за мою планету… может, попробовать поймать их сигнал?

— Думаешь, у них те же коды наложены на сигнал? — ещё более хмуро спросила девушка. — Хотя, вряд ли. На близкой дистанции обычно используются радейки без помехоустойчивого кодирования, чтобы экономить место да заряд. Если у них всё не сдохло.

— Ну турели же как-то работают, — снова повернулся я к ней лицом.

— Твоя правда, — кивнула девушка. — Давай свою «радейку», попытаюсь поймать их сигнал. Вроде, есть у меня в личной базе данных частоты, помогала как-то своим родичам. На первой практике.

— Не напоминай.

— Просто совпадение, — усмехнулась она, поняв, о чём я сказал.

Прошло несколько минут, прежде чем мы поймали первый сигнал. Это был тот же СОС, только на других частотах. Но на этот раз он был настолько чётким, что можно было понять — мы близко. Второй сигнал мы поймали через десять минут. Очень долго искали точную частоту, на которой осуществлялись переговоры. Радиопоиск чёртов. Всё же данные Алисы были устаревшие, почти три с половиной года прошло с той разборки. Но, зато мы получили то, что хотели.

— И как долго эта парочка будет сидеть за этим камнем? — послышался голос мужчины из ручной радиостанции.

— Хрен знает, но у них какая-то очень навороченная броня, может, из этих? — тут же переспросил второй.

— Из этих или нет, но на них нет вообще никаких опознавательных знаков! — явно нервничал первый. — А подыхать я не хочу. У нас еды ещё на три года есть, а местное светило столько нам энергии даёт, что можно будет даже на синтезаторе пищи ещё годика два протянуть. Но из-за чёртова Вольнова у нас гости!