На этот демарш мне ничего не ответили, глубоко о чем-то задумавшись. В то время как тетка Марфа, качая головой, пробормотала:

— На самом деле поразительно. Книга, которая может что-то произвольно запомнить, а нечто неважное просто забыть…

— А вы точно таких в Тайном посаде не видели?

— Именно таких нет, — ответила мне женщина. — А вот вроде той «Седой невесты», с которой ты раньше общался… так множество.

— Вот что, — решил наконец для себя что-то старик. — Пойдемте-ка ко мне, посидим, по чарке выпьем. Вы мне расскажете, как жизнь нынче в клане и что в мире творится, а там уж на твой вопрос, правнук, отвечу.

Ну и мы, собственно, пошли! Какой-либо ловушки, завязанной на криптографию, я в общем-то не опасался. Если что пойдет не так, то за нами наблюдает чаровница, которая немедленно нас и выдернет. В остальном же, если я правильно помню объяснения в классе на тему оптической-криптографии, ничего пагубного она как бы человеку сделать не может. Ну а если учитывать сумасшедшее творение того гения, творившего у нас в клане под Москвой, то я бы добавлял еще: «…Не может, если не сделала сразу!»

Потому как чудесный настенный шифр, который так поразил главу наших кудесников, мгновенно переносил прочитавшего его Бажова туда, куда ему было велено. А не помещал его в какое-то иллюзорное пространство, в котором происходило что-то еще.

Лесная тропинка, словно ручеек, виляла между разлапистыми дубами и высокими конусами елей, уводя все глубже и глубже в лес. Старикан бодро вышагивал впереди, а мы с наставницей следовали за ним практически по пятам. Наконец дорожка вдруг нырнула в какой-то овраг, а затем обогнула большой валун, после чего нам внезапно открылся настоящий средневековый деревянный чародейский посад во всем его великолепии.

— Ух ты… — выдавил я, во все глаза рассматривая выглядывающие из-за мощного частокола многоэтажные терема с резными наличниками на окнах и чешуйчатыми луковками-куполами и шатрами на крышах. — И ты что, живешь в этом громадном месте один?

— Ну… Можно сказать, да, — пожал плечами прадед, без особых усилий открывая перед нами толстенную дверь в городской стене, куда подводила лесная тропинка, в то время как от самих ворот отходила в лес хорошая выложенная половинками бревен дорога. — С тех пор как из той комнаты, что за барельефом Сирина, о котором я говорил, меня зачем-то забрали.

Повел он нас к самому большому терему, расположенному в самом центре посада. В общем-то, первое впечатление от бажовского поселка предков у меня сложилось самое положительное. Немного похож на те, которые я ранее видел в воспоминаниях древних зеленоглазых, и совсем отличный от немного странной архитектуры Тайного посада. Очень красивый и при этом, казалось, только-только оставленный жителями.