— Идем к воротам вдоль пропасти, — принял решение лазутчик. — Медленно и аккуратно.
Самая сложная часть. Пусть невидимость лазутчиков на порядок лучше, чем у прочих классов, но и она не абсолютна. К тому же всегда есть место случайностям, особенно когда пытаешься пробраться в напичканный стражниками и вражескими игроками замок.
Достигнув мишеней, они медленно двинулись к беспечно опущенному перекидному мосту. На башне что-то громыхнуло. А потом был свет…
* * *
Прочитав сообщения, я подошел к краю башни и посмотрел в сторону мишеней. Мишени стоят, тела лежат. Аккуратно так лежат, ровной линией, идущей вдоль пропасти. Закрываем глаза, считаем до трех. Открываем глаза — все без изменений. Значит, это все же не галлюцинации… как я надеялся.
Удивлен ли я? Сложно не удивиться в таких обстоятельствах.
— Силачом слыву недаром — семерых, одним ударом, — пробормотал я. Не помню, откуда в моей голове всплыла эта фраза, но к ситуации она подходит как нельзя лучше. Нет, ну они сами виноваты, раз в зону поражения влезли. Кстати, как они это вообще проделали? Хоть край обрыва от катапульты не просматривается, но Или же летала, когда мишени ставила и никого не видела. Разве что они из-за холма шли, тогда почему прямо к воротам не двинули? Не сходится тут что-то.
— А вот и главная виновница! — я с неприкрытым укором посмотрел на поднимающуюся по лестнице Или.
Валькирия сбилась с шага, споткнулась и едва не упала, но я вовремя успел ее подхватить за локоть.
— Это еще почему?! — возмутилась она, высвобождая свою руку и оглядываясь на Аврору в поисках поддержки.
— Кто мишени расставлял, а появления игроков не заметил? — припечатал я. Надо же обозначить виновного до того, как им назначат меня.
— Да не было там никого! И в окрестностях, и на холме. Лучше бы смотрел внимательней, прежде чем рычаг катапульты дергать!
— Оправдания — признание вины.
— Поэтому ты никогда не оправдываешься и всегда все валишь на других?!
Догадливая какая!
— Испытания можно считать успешными, — подвела неожиданный итог нашему недолгому спору Аврора.
Странно, но особо расстроенной она не выглядит.
— Как-то ты слишком спокойно все воспринимаешь, — заметил я, уже настроенный на грядущие если не упреки, то многозначительные взгляды из разряда «все у тебя не как у людей».
— Твое имя не покраснело, а значит — это враги, — пояснила свою позицию она. Если так, то это не очередная неприятность, а успех! В таких условиях я готов признать свою ответственность.
— Но рядом с замком никого не было! — не сдавалась Или. — Правда, правда!