— Что-то случилось?

— Ничего такого, просто близкие родственники неожиданно в гости приехали. Надо встретить и обеспечить им развлечения. Думаю, дня три меня не будет. Как раз и этот мерзкий дебафф сам спадет. — С этими словами он исчез.

— Пожалуй, и я пойду, аукцион посмотрю, пока время есть, — сказал Гансшан.

— Времени у нас теперь полно, — заметил я, на что он только смерил меня недоверчивым взглядом и многозначительно заметил.

— Ты плохо себя знаешь.

Махнув на прощание рукой, он повернул к аукционному дому.

Улицы Лавены никогда не пустуют. Даже ночью город живет полноценной жизнью: снуют торговцы, спешат по своим делам извечные. Двери многочисленных лавок гостеприимно распахнуты, заманивая полуночных покупателей в свои торговые сети. Но сегодня на городских улицах как-то особенно людно. А может я просто отвык от большого количества новых лиц и все что больше трех человек кажется мне толпой.

Здание городской резиденции Безумного легиона осталось на своем месте. Толкнув дверь, я зашел в общий зал. Пусто. Соклановцев нет, посетители тоже отсутствуют. Трофеев за время моей вынужденной командировки в реальный мир на постаментах не прибавилось. Жаль. Я рассчитывал, что хоть за «королевскую» глобалку нам что-то да перепадет. Так революционеры и появляются.

Лестница на второй этаж и такая знакомая дверь моего рабочего кабинета… в котором работает кто угодно, кроме меня. В основном в нем Аврора зависает, а с недавних пор еще и ее заместитель… вылетело из головы, как там его обзывают.

Ах да, Алронд! Как увидел его гнусную недоиговскую морду, так сразу и вспомнил.

— Глава? — несколько удивленно вылупился он на меня. Затем вскочил, приняв чуть ли не строевую стойку, но вовремя опомнился. Мы в игре, а не на плацу. Нравы тут куда более демократичные. И про вековую мудрость военных уставов здесь мало кто знает. Хотя рейды строем ходят, но редко и без должной степени элегантности. — Рад, что с тобой все в порядке, Тук, — отмер этот недоиг.

— А как я этому рад, не передать, — проворчал я, нервно косясь на его кожистые крылья. Если их убрать, то сходство с игами, или как они себя обзывают шанкчан, станет просто поразительным.

Не люблю ящериц. На Новом доме они мне как разонравились, так с тех пор и не люблю. А игра эту мою нелюбовь делает только крепче. Хотя, игуаны на палочке ничего так, есть можно. У нанизанных на кол ящериц своя особая прелесть. Но это единственное исключение.

— Где Аврора? — спросил я, с трудом переведя взгляд на что-то менее раздражающее.

— Она сейчас не в игре, — сообщил Алронд. — Но должна скоро быть, — добавил он, постучав длинным когтем по столу.