От чего становилось вдвойне жутко. Мелькнула мысль, что умереть в первый день свадьбы глупо и обидно.

— Привет, Эдвард, — сказала она звонким голосом, будто передо мною и правда маленький ребенок, — Как твои дела?

— Да неплохо вроде. Чем обязан?

Я давно не пересекался с прямым воплощением божества, но никогда про него не забывал. Лишь тихо радовался, что оно не лезет в мою жизнь и занимается какими-то своими, неизвестными делами.

— Соскучилась, — заявило это… дитя, — Знаешь, ты один из самых интересных людей, за которыми я наблюдала. Почти… В списке первой сотни.

Девочка захихикала, прижимая ладони к лицу. Что это, черт возьми, за херня⁈ Эмоции, детская игривость? Напади Пасть и попытайся разрушить здание под нами — я бы ни капли не удивился. Но то, что происходило сейчас — напрочь ломало шаблон.

— А твои дела как? — не нашел я лучше, чем отразить вопрос.

— Знаешь… Неплохо, — улыбнулась она.

Речь гораздо чище, чем раньше. Чем бы Пасть не занималась, она сделала большой скачок в лингвистике.

— Мир изменился, — продолжила она говорить, — Так, как я хотела. Теперь это моя площадка.

— Площадка?

— Да, для игр. Я вас, людей, раньше недооценивала. Считала паразитами, способными лишь поглощать мою силу. Но я ошиблась, — из неё буквально сочилась наивность, да так искренне, что я на мгновение забыл, что передо мной дьявол в обличии ребенка, — Я думала, люди погибнут или подчинятся мне, но нашлись те, кто смог выжить и противостоять. Уди-ви-те-ль-но, — пропела она.

— Почему ты в теле ребенка?

— А чем оно тебе не нравится? Я узнала про такое понятие, как возраст. Ваша человеческая жизнь так скоротечна… Как вы живете? Не отвечай — это риторический вопрос. — милостиво махнула она рукой. — По вашим меркам, я бессмертное существо. По своим — мой путь только начался. Десятки тысяч лет понадобились, чтобы осознать себя. Понимаешь ли ты меня, Эдвард Клоз?

— Не особо, — честно ответил я, давно перестав понимать, что происходит.

— Тебе и не нужно. Ты мой любимчик. Как и София. Вы такие упорные, к чему-то стремитесь. Я устала ждать, когда ваши пути снова пересекутся.

— Хочешь, чтобы мы подрались?

— Да! — жадно ответила она.

— Зачем тебе это?

— Интерес. За вашими короткими жизнями интересно наблюдать, милый Эдвард. Видишь ли, осознав себя в полной мере, я обнаружила, что одна. Тысячи лет одиночества, когда не с кем поговорить. Пришлось изучить ваш язык, чтобы открыть новый для себя мир. Вы люди очень странные. Столько всего придумали…

— Чего ты хочешь? Что тебе нужно? — я едва удержался, чтобы не выкрикнуть эти слова.