— Ох, они же…

— Да, еще те сукины дети, Лу, я знаю. Предупредишь Кая и Санию?

— Само собой.

— Таиться особо смысла уже нет.

— Да понимаю.

От Мигне было около недели пути до Пите. От Рагонвела — дня четыре в лучшем случае. Значит, нам надо провести как минимум суд над Орвистом в ближайшие два-три дня, а потом — объявить об отречении Кая Фотена в пользу мудрой и популярной в народе супруги.

Суд над Орвистом был обязательным атрибутом, ключевой точкой. Именно там мелкая знать должна почувствовать свою силу, осознать, как много дворян собралось вокруг Сании и симпатизирует королеве. Тогда можно было рассчитывать на абсолютное принятие отречения Кая со стороны народных масс. Ведь никто особо и не хочет видеть его на престоле, народ хочет Санию.

Что-то такое стали подозревать и герцоги. Или они просто давно готовили свержение династии Фотенов, а мое появление при дворе и наглое «изъятие» Орвиста из темниц только ускорило их планы, так сказать, подтолкнуло к активным действиям. Думаю, немалую роль сыграла и баронесса Тинт в исполнении Лу, ведь мы виртуозно вернули мои бывшие земли под управление короны.

— Мне нужно поговорить с Вилой, — добавил я.

— Лично?

— Нет, можно и передать послание, я думаю.

— Что сказать?

— Пусть в столицу возвращается Арман, пора восстановить контроль над канцелярией.

Если бы королевской тайной службой управлял лояльный престолу, а не герцогам человек, то мы бы узнали о шевелении благородных домов очень и очень заранее. Но сейчас там сидел ставленник Вилсов, если мне не изменяет память, так что засекли дружины в самый последний момент.

Войска… Все же мы пройдем по краю. Видимо, Клерия рухнет в горнило гражданской войны.

Я развил крайне бурную деятельность. Первым делом — зашел к Рисе. Девушка сейчас делала по моей просьбе энергетические схемы. Это будет полезно не только мне, но и Сании, которой стоило бы стабилизировать свои магические способности, а тут такой учитель.

— Так, где меч? — спросил я прямо.

Рисанриэль, не понимая, что вообще происходит, кивнула в угол комнаты, на шкаф. Я распахнул створки и, отодвинув несколько платьев, извлек на свет ножны, которые уже через несколько мгновений с грохотом опустил на стол перед девушкой.

— Мне жаль это говорить, но теперь ты с ним ходишь, ешь, спишь и даже ходишь по нужде…

Риса покраснела, мне тоже было неловко, но что поделать: из песни слов не выбросить.

— Что случилось?

— Случится. Возможно, будет война.

— Гонгорцы? Кватт? — девушка побледнела.

— Если бы. Наши же герцоги, — ответил я, уже разворачиваясь на каблуках. — И найди графа де Гранжа! Вам стоит держаться вместе!