— Скажи, а как это ты с веревками управился? — не удержался все-таки от любопытства Серега.

— Профессиональная тайна, — гордо ответил Лех.

— Это при таких тайнах, что же у тебя за профессия? — тут же спросил Сергей.

Но Шустрик ему сразу не ответил, подумал, пожевал нижнюю губу и неожиданно произнес:

— А ведь я о тебе в сущности ничего не знаю, кроме того что ты не дурак кулаками помахать. Может, ты, мил-человек, сухарь подсадной, а я тут перед тобой душу выкладывать буду, да секретами профессиональными делиться. То, что ты со мной шамкой поделился, это еще ничего не значит.

— А за сухаря, — обиделся Серега. Что означает слово «сухарь» на местном жаргоне он не знал, но явно что-то неприятное, — можно и в глаз получить.

— Ишь ты какой обидчивый, — покачал головой Лех. — Слушай, а давай тогда ты мне, я тебе.

— Ты это о чем?

— Ты расскажешь мне о себе, а я тогда, так уж и быть, раскрою тебе тайну своего происхождения, и работы.

Одинцов изучающе посмотрел на Леха и ехидно усмехнулся.

— А чего тут раскрывать. Давай лучше наоборот.

Это предложение повергло Шустрика в состояние обалдения.

— То есть как это?

— Да очень все просто. Я про тебя все расскажу, что вижу. А ты дополнишь или поправишь, если где ошибся. Ну и ты, соответственно, сделаешь то же самое. Неужели, так сложно угадать, кто я и откуда пришел? Как тебе предложение?

Серега бросил взгляд на Леха. Удалось ли заинтересовать? Кажется, клиент плотно сидел на крючке.

— А что? А давай попробуем. Мне эта игра нравится, — согласился Шустрик.

Сергей тут же состроил кислое выражение лица, и цыкнул языком с сомнением.

— Да ну. Чего-то скучно просто так играть.

— И чего это тебе скучно? Разве есть чем еще заняться?

Лех, обиженный, что у него отняли развлечение, деланно огляделся по сторонам.

— Что-то я не вижу столов с яствами, дармовой выпивкой и готовых на все дамочек.

— Да нет, конечно. Заняться нечем. Но вот играть в угадалки просто так скучно. А вот давай тогда так. Если я угадаю, то ты должен мое желание выполнить. А если ты, я твое. Если же оба угадаем, то никто никому ничего не должен.

Шустрик для вида нахмурился, но тут же согласился. Ударили по рукам. В этом мире существовала такая же традиция.

— Ну, давай, ты первый, — с жадным интересом уставился на Серегу Лех.

— Первый так первый, — задумчиво произнес Одинцов, пристально разглядывая товарища по несчастью. — Что же мне про тебя сказать?

— Ты что сдаешься? — удивленно вытаращился на него Шустрик.

— Да погодь ты, думать не мешай.

Пару минут для приличия Серега помолчал, усиленно изображая глубокий мыслительный процесс. Наконец заговорил.