Идти было недалеко, дядя Вася живёт чуть дальше по улице. Рядом с его домом уже стоял нагруженный наполовину МАЗ. Скоро очередная поездка в Китай.

Дядя Вася зарабатывал с металла немало, но большая часть уходила пивзаводу, милиции, братве на трассе, пограничникам и прочим-прочим-прочим, кто не против с этого кормиться. Хотя что-то и оставалось.

Шли мимо двора дяди Серёжи Лапина. У ворот стоял красный Ровер, в который усаживался один из людей Крюкова, мужик с сединой в бороде, одетый в чёрную куртку с карманами. Нос у него так торчал, что из-за этого мужик сильно походил на Бен Ладена. Правда, в эти годы про Бен Ладена мало кто слышал.

Когда мы подошли ближе, он уже уехал, Лапин стоял, о чём-то задумавшись, и глядел ему вслед.

— Наезжают, дядя Серёжа? — с участием спросил Женя.

— Не, Женька, — Лапин заулыбался. — Это Воронов с пивзавода. Расширяться предлагал. Они хотят новый рынок открыть, ищут, кто туда товар возить будет. Говорят, выходи на большие объёмы, а они помогут.

— Понятно.

— Я на следующей неделе снова поеду до границы, — сказал Лапин, глядя на меня. — Пивзавод пока не сопровождает нас, так что…

— Передам Косте, — ответил я. — Такса прежняя.

Он кивнул. Мы прошли дальше и стали свидетелями скандала. Дядя Вася, жилистый усатый мужик, орал на какую-то шпану, нескольких грязных пацанов в старой, давно нестираной одежде. Те в ответ его крепко обматерили и ушли, держа в руках китайские клетчатые сумки. В них было что-то очень тяжёлое.

— Чё такое, дядя Вася? — у Жени сегодня такой вид, будто он хотел помочь всем и каждому. — Шпана наезжает?

— Да они с могилок прут всё ценное и продают, — он покачал головой. — С оградок, памятников. И на металл мне тащат. Ну что за люди?

Дядя Вася взял стоящий на земле старый красный пакет, на котором была нарисована девушка в ковбойской шляпе и почти открытой грудью. Грудь прикрывала только надпись мальборо. Дядя Вася высыпал из пакета на землю металлические банки из-под китайской колы. Выглядела она, как обычная, только всё с иероглифами, но логотип узнавался.

Он начал их топтать, но не просто так. Это же алюминий, его тоже принимают, ну а давит, чтобы занимало меньше места в кузове.

— Чего только не бывает, — бывший учитель вздохнул. — Батю вот хоронил весной, пришлось все цветки пластиковые с венками ломать и прожигать сигаретой, чтобы не утащили и не продали. Так они всё разломали ещё больше и разбросали. Ладно, — он вздохнул ещё тягостнее. — А вам чего, мужики? Принесли что-то сдавать? Или подзаработать нужно? А мне руки нужны.