— А раз так, — он задумался. — Тогда зачем он купил колготки? Женские! Его узнали, там продавщица, она учительницей у него была. Сразу вспомнила и удивилась. А после этого в магазин с шубами влетел парень в камуфляжных штанах и с чулком на голове!

На изголовье кровати Славы как раз висели камуфляжные штаны.

— Потом бах-бах! И всё, готов Семёнов. А я вспомнил фамилию, кто у нас один из раненых после той бойни! Лесняков даже не почесался, а я нашёл!

Ну это уже было совсем непрофессионально, так говорить про коллег.

— Много кто так ходит, в таких штанах, — заметил я. — А Слава хотел девушку порадовать свою. Занял у меня пятьдесят тысяч одной купюрой. Уж что-что, товарищ старший лейтенант, а про деньги я не забываю. И купил, раз мы на рынке были.

— А это было до того как стало известно о взрыве, или после? — Савватеев ехидно сощурился.

Наверняка он знает примерное время покупки, если та учительница запомнила Славу, который спалился на покупке чулок для маскировки. И что это было до того, как на рынке началась паника и приехала милиция.

— До, — сказал я, заметив, как Слава делает мне предупреждающие знаки. — У него девушка отпускать его не хотела с нами. Вот мы и думали, он подарок ей сделает, и она его отпустит. Ну, или они там останутся, это их дело, а мы поедем.

— А потом уже не до этого стало, — добавил Слава. — Так что дома у неё и остался по итогу.

— А девушка кто?

— А которая шубы любила. Но я с ней не встречаюсь больше.

— Номерок есть?

— Ага, дома лежит. Можете пробить сами, живёт на Чапаева пятнадцать. Лена Никитина. Только она в Китай уехала на выходные. Кэмелом.

Опер тщательно записал это в блокнотик, а Слава заметно расслабился.

— Узнаю всё, — сказал Савватеев. — Свободны.

Потом огляделся вокруг себя, поднялся и вышел. Кирилл смотрел на меня с кровати. Но судя по последним фразам, где мы на ходу придумывали Славе алиби, он понял, что ничего там особенно крутого не произошло.

— Пошли покурим, Слава, — произнёс я. — Потом поработаем.

— Макся, скажи ещё медсестре, чтобы поменяла, — Кирилл показал на капельницу, в которой уже была пустая банка. — А то я не стал звать, пока этот тут сидел.

— Ага, передам.

Выбрались в курилку, где пока никого не было. Курилку сделали на лестнице, между вторым и третьим этажом. Пол завален пеплом, от щелей в окне дуло холодным ветром. В окне видно, как Савватеев безуспешно пытался завезти жигули.

— Что за Лена? — тихо спросил я.

— Да так, есть одна, — Слава неловко достал пачку красного винстона правой рукой из левого кармана. — Ничё такая. В Китай поехала. Приедет в воскресенье, надо будет ей сказать про чулки. Я ей так-то дарил, только в другой день. Надо сказать, что якобы в тот. Память-то у неё всё равно дырявая, спорить не будет.