Князь Константин, начавший было косо поглядывать в мою сторону в связи с американскими делами, несколько оттаял. И даже, при очередной личной встрече, изволил порекомендовать привлечь в акционеры нового русско-английского предприятия некоторых господ. Еще нескольких добавил лично император.

Ну и я — тоже решил поучаствовать. Хотя, признаться, некоторые аспекты, четко прописанные в проекте Устава Новороссийского общества каменноугольного, железного и рельсового производства, и вызывали сомнения. Например, британцы настаивали на том, чтобы завод ни в коем случае не занимался выпуском продукции военного назначения. Ни стальных листов для строительства военных кораблей на Черном море, ни пушек, ни оружейной стали. Зато, обратив внимание Николая на это печальное обстоятельство, удалось буквально за бесценок скупить убыточные железоделательные заводы по соседству с будущей Юзовкой.

Проектом предусматривался начальный капитал общества в триста тысяч английских фунтов, разделенный на шесть тысяч акций. При личной встрече с мистером Хьюзом, усомнился в том, что даже трех миллионов рублей станет довольно для строительства всего запланированного. Предложил увеличить капитал до пятисот тысяч, ну и гарантировал инвестиции недостающего. Два миллиона у меня как раз неприкаянными оставались. Ждали своего часа на счетах Сибирского Торгово-промышленного банка.

Объяснил еще, что существенную часть долей Общества, по старой русской традиции, придется передать в дар некоторым весьма уважаемым господам, а не продать с торгов на бирже, как это себе навыдумывал иностранец. И пусть, это будут лишь привилегированные акции, то есть не дающие своим обладателям право голоса на собраниях, но ведь и денег в казну предприятия они не принесут.

Хьюз согласился. Кто же от денег отказывался.

От долей в пока еще виртуальном заводе в глухом углу необъятной России, как ни странно, не отказались ни господа в Великобритании, ни в Санкт-Петербурге. Часть акций, как по мне, так была роздана вполне за дело. Того же Хьюза взять с его пятью сотнями. Или других английских инженеров вроде братьев Джона и Дэниела Гуч, передавших взамен чертежи новейшего железнодорожного локомотива, или Томаса Брасси с Александром Огилви, впоследствии строивших всю транспортную инфраструктуру Донецка. Джозеф Уирворт, изобретатель полигональной нарезки, охотно поделился с нами чертежами станков, для выделывания своего открытия, и получил сотню акций. Еще несколько английских джентльменов попросту купили акции при их размещении на бирже.