К огромному моему сожалению, в стаде, так сказать — паршивых овец — попадались и представители торгового сословия. И, что хуже всего, именно эти купцы отщепенцы могли оказать предстоящим преобразованиям самое ожесточенное сопротивление. Учитывая их финансовые возможности и привычку брать «подношения» в среде столичного крапивного племени, давно необходимые Отечеству изменения забуксовали бы еще в лабиринтах Петербургских присутствий, так и не добравшись до регионов.

Вот именно таким, привыкшим жить по правилам установившимся еще при Николае Первом, мы и должны были продемонстрировать на ярком примере суть идущих в стране реформ. За одно — удалить со сцены недруга, и получить повод сильно улучшить отношение ко мне со стороны военного министра. Никса с Минни намеревались еще приобрести и некоторые политические дивиденды, но со смертью Государя, надежды на это оставалось мало.

Вообще-то, история эта началась как всегда с благих намерений. Уж не знаю, кто именно сказал: хотели как лучше, получилось — как всегда. Зато видел явственный тому пример.

Нужно сказать, крупные столичные купцы, в отличие от московских, мало занимались продажами товаров собственно населению. Считанные единицы экспортировали продукцию из-за границы, или что-либо туда вывозили. Считалось, что действительно серьезные капиталы можно заработать только на поставках всякого разного по государственным контрактам. Продукты, ткани, кожаные или металлические изделия для нужд армии и флота. Бумага и канцелярские принадлежности для министерств и ведомств. Тут я со своими «изобретениями» многим серьезным людям дорогу перешел. Ну да это совсем другая история…

В начале семидесятых в военном министерстве началась компания по борьбе с коррупцией и недоброкачественными поставками. Ушлые купчины везли в воинские магазины откровенное барахло, или зерно, которое с натяжкой можно было признать фуражным, но уж никак не годным в пищу. Естественно частью сверхприбылей приходилось делиться с контролерами в эполетах, но купцов устраивало и это. Взятка гарантировала повторный контракт.

Такая ситуация была что нож острый для скрупулезно честного Милютина, и не могла устроить теряющего политические очки с чередой скандалов в интендантском ведомстве, Великого князя Константина. В комиссариате прошли кадровые перестановки. Часть недобросовестных интендантов отправились в Среднюю Азию, в войска. А недра министерства извергли ведомственную инструкцию по конкурсному проведению закупок, и вводили достаточно жесткие нормативы качества.