Межпространственный переход возник в одном световом часе от системы, выпуская наружу гигантскую флотилию с опознавательными знаками наемников. Щиты планет были опущены, как и штаны их защитников, утопающих в алкоголе и женщинах. Многие забыли о своих обязанностях, но те, кто чтил свой долг, бросились активировать поля и залазить в дредмехи. Вражеский флот был вне зоны досягаемости орбитальных орудий, однако автоматические системы уже нацелились на далекие цели, выжидая, когда противник переступит запретную границу. Через десять минут донесение о противнике попало лично в руки императора Вартеллу, и тот с ухмылкой взглянул на данные с приложенными изображениями.

— Значит, Мальдрус решил отбить у нас своих женщин? — с насмешкой произнес император, глядя на флагман маликанца в середине разношерстных кораблей. — Глупец, я ожидал от него более разумной тактики, но, видимо даже у жестокого головореза оказалось мягкое сердце. Сияющий рыцарь желает освободить своих принцесс из жестоких развратных пальцев муликанцев, бросая на это все свои силы.

Вартелл обдумывал действия своего противника, стараясь не спешить с приказами. Эта атака казалась императору глупой и даже безумной и не важно, сколь ненормальным был сам Мальдрус. Какой ему прок от женщин, умеющих только удовлетворять похотливые желания? Или же, он надеется поднять маликанцев во всей империи после того, как вести о свободе Либидиус Малик достигнут всех уголков Муликании? В этом был определенный смысл, ибо даже рабам станет известно о столь дерзком и огромном освобождении. Это даст им нерушимую надежду, веру в силу мятежа и самое главное, подорвет авторитет несокрушимости Муликании. Нельзя было допустить подобного развития событий.

— Вы уверены, что Мальдрус возглавляет атаку? — поинтересовался Вартелл, взглянув на одного из офицеров.

— Так точно. Он сам связался с командованием Либидиус Малик с требованиями сложить оружия, а также с миром отпустить народ Маликании.

— Маликании?! — удивился Вартелл, возмущенный этим словом. — Нет больше никакой Маликании! — император поднялся с места, собираясь лично покончить с мятежниками. — Никчемная тварь, мы раздавим ее нашей мощью! Пришло время положить конец этому глупому мятежу. Привести флотилию в боевую готовность, мы отправляемся в Либидиус Малик! И вызовите Энерайза, нам понадобится его мощь!

* * *

Публике не терпелось увидеть пролитую кровь, и палач Варнека тут же пустил ее гладиатору, пронзив правый бок. Воин ничего не мог противопоставить, ощущая себя беспомощным листиком в порыве сильного ветра. Палач с насмешкой пробивал его блоки, швырял, как куклу, наносил десятки ран и ударов, для него этот поединок был всего лишь игрой. Варнек в отчаянной попытке собрал всю свою силу и вложил в один единственный удар. Укрепленная на тысячу процентов земля покрылась сетью трещин на десятки метров вокруг, песок взмыл вверх и закружил кремниевыми, оплавленными иглами, вонзаясь в кожу. Варнек чувствовал, как его топор пытается пробить преграду за стеной из непроглядной пыли, но та оставалась неподвижна, как скала, о которую разбиваются волны и корабли. Палач муликанец отбил удар, схватил гладиатора за глотку и поднял над собой, сжимая шею мертвой хваткой. Варнек выронил свое оружие от наплывшей на него слабости и схватился руками за сжимающие его тески, пытаясь сломать захват.