Конечно, Твантар был гурман… и уж точно не из тех, кто позарился бы на куклу с накачанными утиными губами и прочими бабскими издевательствами над своей фигурой, чтобы хоть как-то привлечь к себе внимание противоположного пола.

— Вам знаком… некий Сазонов Николай Ефимович? — ледяной голос визитёра дополнило эхо в подъезде, от чего девушке стало как-то не по себе.

— Что с ним? — неожиданно вырвалось из уст Лизоньки, которая продолжала всхлипывать, вздрагивая при этом каждый раз.

— Я могу пройти в квартиру? — поинтересовался чекист, — Не в подъезде же нам вести подобную беседу.

— Да-да, конечно… — согласилась взволнованная хозяйка и отступила назад, — Проходите… — Макарова поспешила пропустить гостя, закрыла за ним дверь и, не сводя глаз с мужчины, замерла в ожидании худшего.

Атмосфера мрачного, но готически-стильно оформленного коридора, оклеенного черными с позолотой обоями, со светильниками в виде свечей и мебелью из темного натурального дерева окунули визитёра в мир мистики, а может быть совершенно иной параллельной реальности.

— Если Сазоновым заинтересовались такие серьёзные органы… — в голове любовницы успешного бизнесмена закрутилось всякое, —…не какая-то там полиция, а из ФСБ, значит произошло и впрямь что-то ужасное, непоправимое.

В какой-то момент девушка даже больше испугалась за свою задницу, чем за жизнь богатея.

— Припишут ещё что-нибудь… — мелькало одно за другим в мыслях красотки, а на словах, она вновь повторила ранее сказанное, — Что с ним? — и часто-часто захлопала глазками, ожидая ответа на свой вопрос.

Да, сейчас перед агентом ФСБ находилась та самая «Лисонька-Алисонька», которая в прошлом году нагло путешествуя по пуговицам рубашки Шестакова, пыталась соблазнить улыбчивого юнца, угодившего в фото-студию идейного гота-кровопийцы, дабы отведать её же свежайшую кровушку и оценить на вкус.

Вот только смелость Лисоньки сейчас куда-то напрочь улетучилась, да и мысли у девушки были не об интиме и донорстве, а о том — как жить дальше?

— Вот это мы сейчас и пытаемся выяснить, — чекист осмотрелся в коридоре, — Вы проживаете одна? — он устремил свой взгляд в комнату с не менее готичными красно-черными обоями и необычным чёрным натяжным потолком.

— Одна, — скрестив руки у груди, Елизавета прильнула к стене, не особо-то любезничая с фсб-шником, который пока что так и не перешел к цели своего визита, зато успел наверное сосканировать всё-всё, что попало в поле его зрения, в первую очередь, включая и саму обитательницу сей «скромной» однушки.

О потенциальном существовании истинных упырей, якобы доживших с древности до наших времен, знали только особо приближенные к президенту России и директору ФСБ. Всем остальным в областях была спущена информация, что помимо подозреваемых разыскиваются все причастные к некой деструктивной секте, членами которой как раз-таки и могли являться Алексей Шестаков и его пока безымянная спутница, которую спецслужбы между собой уже успели окрестить «хозяйкой Старицких катакомб».