— Просто сейчас, — более спокойно и рассудительно Николай договорил за девушку то, что у плаксы язык не поворачивался сказать, —…когда твоя мать за год потеряла мужа, свою мать и родного брата, ей будет очень сложно без тебя в чужом городе. Я всё понимаю…

— Да, — Танюха закрыла ладонями лицо и в голос разрыдалась, — Но я не хочу… — сердечко юной разрывалось от боли… — Я не смогу без тебя… Я люблю…

— Я знаю, милая! — Николай прижал к своей груди взволнованную крошку, ласково теребя волосы на её голове, — Ты сможешь! Ты должна! Ты сильная. Тем более, такое наследство в наше время на дороге не валяется. Ведь ты так мечтала о своей квартире.

— У-гу! — буркнула сквозь всхлипывания девчонка, — Но я мечтала быть с тобой…

— А там ещё и дача в придачу, — добавил Николай.

— А как же ты? — Татьяна подняла голову и заглянула в глаза Сазонова.

— Я останусь здесь… — он не был холоден, но был серьёзен и очень убедителен, — Не брошу же я всё нажитое. Ты можешь не беспокоиться за дом (хотя, ту хибару, в которой жила семья Татьяны, сложно было назвать пригодной для жилья), я постараюсь его продать, если конечно доверите мне… Обещаю, что все вырученные деньги после сделки я сразу же переправлю твоей матери.

Однако не бизнес держал Сазонова в Пскове, а поиски родного брата и его семьи. Был древний уговор! И этот уговор «высших» был дороже всех вместе взятых на свете «Татьян».

Кем была для Твантара эта девчонка, это проблемное чудо? Да по сути — никем.

Очередным увлечением, к которому многотысячелетний кровопийца и не пытался привязаться чувствами, как и к любым иным смертным дамам в его жизни.

Была возможность — пользовался. Возможность ускользала — отпускал.

Да и ему самому так было бы легче… и этому же, кстати, но уже много лет спустя он убедительно наставлял юного «высшего» в своей вновь обретённой упырской семейке.

Татьяна же, совершенно потеряв голову, без памяти влюбилась в своего спасителя-покровителя. Она всё чаще и чаще намекала Николаю на создание семьи… и заикалась о ребёнке.

Упырю, учитывая горький опыт прошлых веков, и даром не нужно было никаких связей с подобными сей «красотке». Родить истинного наследника или наследницу по вампирской крови она всё равно не смогла бы… А заботиться об отпрыске из «низших», древний считал неблагодарным делом. Тем более, что длительное совместное проживание со смертной, в какой-то мере стало тяготить «высшего». Конечно, прямо Николай ничего не говорил Татьяне… продолжая попивать кровушку милой и забавляться с ней в постели, но такому удачному повороту дел с наследством в Воронеже, он был несказанно рад.