— Какой ещё шлюхой?

— Мы видели это видео, этим кино весь интернет пестрит. И если моя дочь увидит его и ещё больше занервничает, я тебя, суку, живьём закопаю, — рыкнул тесть. — ребенка он по суду отберет! Да ты угробишь его в первый же день.

— Вот тебе мой внук, — здоровая фига зависла перед лицом Вовчика. Он было дернулся, но удара не последовало.

— Правильно, бойся, — усмехнулся тесть и уселся рядом на скамейку напротив операционной.

Через пять минут вышел врач.

— Что с ним? — первой подскочила тёща.

— Жив, всё хорошо. Кусочек бисквита попал в дыхательные пути, его удалили. И да, поговорите с вашим зятем: он подал заявление в полицию на врача, который спас вашего внука в кафе, — презрительно посмотрел на Вовчика врач. Тому даже показалось, что тот сейчас плюнет в его сторону.

— А что я должен был делать? Везде это видео, я не мог портить лицо... в смысле, не прореагировать, — начал оправдываться Вовчик.

— Какое такое лицо? — медленно поднялся со скамейки тесть.

— Никакое... Я заберу заявление, — отступил Вовчик.

«Да что с ними такое? Нормальные ведь родители у Катьки были. Всегда находил с ними общий язык. Тёща вообще золото. Была... Ну, подумаешь, гульнул. Как будто тесть такой невинный ангел. Тоже мне», — ухмыльнулся Вовчик, но, встретив злой взгляд тёщи, поперхнулся собственным ядом, слюной, конечно, и пошёл домой.

— Стоять, — рявкнул тесть. — Вместе пойдём, надо вещи Мишке в больницу собрать.

— Кто-то должен лечь с ребёнком в хирургическое отделение. Такие маленькие дети лежат с родителями.

Вовчик было посмотрел на тёщу, но тесть сказал: — Что, непонятно в слове «родитель»?

— Мы съездим и привезём всё необходимое, — пообещал тесть врачу и, взяв жену под руку, направился к выходу.

***

Господи, наконец-то я дома, пять минут и…, — прилег он и глаза намертво зарылись.

Сквозь сон он услышал настойчивый голос Гребенщикова. Он пел про Осень, а Олег слушал и никак не мог разлепить глаза.

— Добрый день, Олег Михайлович, капитан Крапивин беспокоит. Тут нам позвонил Владимир Бережной.

— И, — разозлился Олег, — что он хочет.

— Он забрал заявление, — и тут же добавил, — так что к вам больше претензий нет.

Зато у меня есть, подумал Олег, но вслух их озвучивать не стал.

Мало того, что дежурил сутки, так ещё и сестра с племянником опоздали в кафе. Кирюхе — пять лет, он хотел с дядей и мамой отметить его в Caramell. Дашка выносила мозг по обыкновению: зачем я развёлся с Ольгой? Терпеть не могу фальшь, обман, измены. Ольга уже давно отводила взгляд при разговоре. Смысл терпеть друг друга, если чувства кончились? Он всё время на работе, даже не ради денег, а из-за одиночества. Он хотел детей, она — нет. То денег мало, то ремонта нет. Как будто детей планируют рожать после ремонта. А он хотел сына. Квартира от деда-профессора досталась шикарная, что ей ещё не хватало? Что теперь говорить? Он развёлся и работал, работал, работал. Отличный рецепт от одиночества, скаламбурить не удалось.