Мы остановились у лавки «Сибирская».

— Господин! — обратился ко мне водитель. — Куда потом едем?

— Никуда, — улыбнулся я. — Ты возвращаешься в трущобы и ждешь меня, я скоро приеду, только закончу несколько дел.

— Но… — попытался он меня перебить. — Давайте я тут постою.

— В этом нет никакой необходимости, — глянул на Прохора глазами отца, отчего он нервно проглотил и сжался. — Не знаю, сколько у меня времени займет общение с девушкой и как оно закончится. Может быть, и утром.

— Хорошо… — растерянно ответил водитель.

Я проводил машину. Есть у меня несколько задумок, которые хочу провернуть. Не настолько наивен, чтобы просто пытаться попасть в это уникальное заведение.

Колокольчик встретил меня своим звоном, вот только никто не вышел. Ждал минуту, пока из подсобки не выскочила Катя в белом вязаном свитере почти до самых колен.

— Здравствуйте! — улыбнулась она мне. — Чем я сегодня могу вам помочь?

— Приветствую вас! Очаровательно выглядите, эти шерстяные носки как нельзя кстати подходят к вашему образу, — попытался я сбить с толку Славецкую, и, судя по ее реакции, это получилось. Она глянула на свои ноги и засмущалась. — Скажите, я могу поговорить с Анатолием Викторовичем?

— С кем? — переспросила девушка, не поняв, про кого я.

— С вашим отцом, — улыбнулся я. — У меня есть одно дело, в котором только он сможет помочь.

— А-а-а… — открыла рот Катя. — Я… не уверена… Пусть вы и друг Бориса, папа не любит неожиданных встреч с незнакомцами, особенно у себя.

— Спросите, — продолжал гнуть свои линию. — Сто тысяч рублей за пять минут его времени.

Славецкая расширила глаза. Ожидаемо. Деньги для их рода важны, как в принципе и для любого другого. У меня с собой пятьсот тысяч, которые я взял из своих запасов.

— Я спрошу… — сказала Катя, еще находясь под впечатлением от озвученной суммы за разговор.

Отлично. Пусть и немаленькие деньги, но то, что я задумал, должно все окупить с лихвой. Девушка ушла в подсобку, а я впервые задумался про их лавки. Когда она туда-сюда ходит, ведь любой может зайти и взять все что угодно?

Хотя… Видимо, как и другие, эта лавка защищена артефактом или сама им является. Кстати, еще тогда удивился: что глава уважаемого рода делает в Охотничьем? Ему бы в центральной зоне сидеть, в самой столице, а он в каком-то задрипанном местечке обосновался. Зачем?

— Отец поговорит с вами, но хочет узнать, почему вы используете имя его старого знакомого? — сказала Славецкая, когда вернулась через несколько минут. Выглядела она серьезной и, я бы даже сказал, напряженной.

— С удовольствием, — улыбнулся ей.