Упер свою руку ему в грудь. Железа послала сигнал, и на моих пальцах выросли когти. Разрывая плоть, медленно, чтобы Дубов ощутил всю прелесть, впихивал ему ладонь в грудь. Схватился за сердце и одним движением вырвал его.
— Нет! — заорал капитан.
Положил орган рядом с Катей, дал ей восстановление магии и лечилку. Девушка очнулась и уставилась на меня. Подмигнул ей.
— Хватит! — крикнул я. — Я пойду с вами.
Битву девушки почти проиграли, Броздов не стал их убивать. Я оглянулся на всех присутствующих и развел руки.
— Животные, жалкие, трусливые твари! Вам не позволяют соблюдать свои правила и законы, — улыбнулся. — Нападают, пытаются убить, чтобы показать место. Дабы сохранить жизнь вам, я сдаюсь. Каждый из вас мне должен: Краснов, Носов и суд.
Под скрежет зубов я направился к капитану. Хотел принц войну? Ты ее, гаденыш, получишь!
— Это тебе за Дубова, — ударил мне в живот светом капитан. Кровища потекла моментально, хорошо, что успел защитить железу.
На меня накинули аж три веревки. Как мило! Блокирующую магию монстров и рабский ошейник. Тогда я ощутил всю боль в теле.
— Катюша, — выдавил из себя. — Передай, что они мне должны еще больше. Козлы старые…
Второй удар в голову, и я отключился.
Глава 7
Екатерина Славецкая в кабинете отца
— Я убью их! — произнес сухо Анатолий Викторович.
— Успокойся… — перебил только что пришедший Трутень. — Давай четко и по делу. Что случилось? Где Солнцев?
— По делу? — разозлился Славецкий. — Хорошо… Гвардейцы приперлись в Новгород, украли у Бориса его человека, а перед этим их похитили вампы. Он бросил вызов Носову, обвинив в нарушении главного закона общества — права собственности. И сделал это потому, что безопасность в его гостинице была нарушена.
— Дурак! — крутанул в зубах трубку Весемир Константинович.
— Еще бы, объявили хаян на сегодняшний вечер, — добавил Славецкий.
— Боря… Что же ты задумал?
— А я тебе скажу, — встал Анатолий Викторович. — После решения о суде на него напали гвардейцы, ранили мою дочь, перед этим она представилась. Напали на стражей, и все это на глазах свидетелей.
Трутень выпустил дым и задумался. Трубка гуляла во рту — обычное дело, когда генерал-майор отключался от мира и сосредотачивался на фактах. В какой-то момент на его лице появилась улыбка.
— Вот же хитрый сопляк! — хмыкнул Трутень. — Ох и красиво он все разыграл!
— Ты хочешь сказать, что Борис использовал мою дочь и позволил ей пострадать? — глаза Славецкого начали краснеть.
— Дурак ты… — надавил магией Весемир на своего друга, чтобы он успокоился. — Ты запросил аудиенцию с императором?